– Моя гвардия… – напыжился Гуго.
– Ваша гвардия, – не сдержался Олег, – обделалась! Во всём замке едва ли наберётся с десяток бойцов, не считая моих варягов.
Король засопел, страхом изгоняя из себя винные пары и обиды.
– С этой стороны ничего нет, – сказал он, – а с северной стоят камнемёты-петроболы.
– Ага! Свен! Поднимай всю эту пьянь и гони наружу – надо будет перетащить орудия!
– Да они все в стельку!
– Выбирай, кто способен хотя бы ползать!
– Понял! Эй, а ну, встал и пошёл!
– Я м-маркиз…
– Да мне до сраки, кто ты! – Малютка опрокинул на маркиза кувшин воды. – Очухался? Ивор! Гони их пинками!
– Эй, бурдюк, – вежливо сказал Пожиратель Смерти. – На карачках – шагом марш!
Король мрачно молчал, наблюдая, как его баронов и маркизов гонят на принудработы. Понимал монарх, что иначе придётся плохо ему самому, – хоть Альберих и «баба в штанах», а верёвку на шею отчиму он накинуть сможет.
Турберн с Сауком были самыми трезвыми из «чёртовой дюжины» – Железнобокий «завязал» – сердечко пошаливало, а гузу вообще нельзя было брать спиртное в рот – пьянел сразу. Вдвоём они поднимали плохо соображавших «бургундов» и ставили их в строй. Тех, кто сопротивлялся, пугали именем короля, а если не помогало, били ногами. И поднималась знать, строилась в колонну.
Олег вышел на обширную нижнюю площадку – верх квадратного основания мавзолея-замка. Высота основания не впечатляла, да и низковатый зубчатый парапет тоже не казался надёжной защитой. А бунтующие всё прибывали, они тащили с собой лестницы, связывая их между собой, наращивая в длину. Качались копья, шатались щиты, толпа закручивалась и ходила волнами. Гомон голосов сливался в угрожающий гул. Стихия!
– Топай, топай давай! – прикрикнул Свен.
Под аркой входа показались бледные рожи выпивох. Шатаясь, чуть не падая, знать поплелась на северную сторону. «Успеем? Не успеем? – подумал Олег. – Надо успеть!»
С визгом и грохотом, рывками, перетащили камнемёты и «скорпионы» – громадные арбалеты, метавшие пучки дротиков или тяжелые копья. «Бургунды» толкали орудия и дёргали, бледные до синевы, до зелени, потея и задыхаясь.
– Пить уметь надо! – поучал их Малютка Свен. – А не умеешь – не берись! Ходче давай, ходче! А не то Альберих закуску из вас понаделает!
Стегги с Ивором погоняли знать, влекущую короба с ядрами, стрелами и прочими снарядами. В этот момент толпа штурмующих взревела, опрокидывая баррикады, и разлилась по двору перед решёткой главных ворот.
– Заряжа-ай! Пускай!
Громко клацнули мощные тетивы «скорпионов», унося пучки дротиков и смертельным дождиком окропляя толпу перед мостом. Грохнули камнемёты, зашвыривая туда же свинцовые шарики и каменные ядрышки. Вопли боли и предсмертные крики оповестили осаждённых о попаданиях, а не попасть по кучному скоплению народа было невозможно.
– Заряжа-ай! Крути живей, таракан беременный!
Знать, вяло огрызаясь, живо работала рычагами, оттягивая тетивы и скручивая пучки жил в камнемётах.
– Хватит! Кидать недалече… Отпускай!
И ещё один залп накрыл штурмующих, внося разброд. Толпа стояла так тесно, что убитым некуда было упасть, а раненые мерли стоя. И только теперь на мост выехал Альберих II Сполетский, ведя за собой свою дружину, пополненную самыми отчаянными новобранцами-голодранцами. Добрая сотня стрел взвилась в воздух и опрокинулась вверху.
– Щиты вверх! – проблеял маркиз.
– В укрытие давай! – рявкнул Свен.
Почти все успели добежать до стен главной твердыни – круглых стен мавзолея Адриана.
Маркиз Клеф Тарацинский стал мишенью невидимого пращника – получив камнем по голове, он упал, и тут же три стрелы вошли ему в спину, добивая. Барону Сиконульфу, сыну Гримоальда, тоже не повезло – он бежал зигзагом, спотыкаясь и прикрывая голову руками. В очередной раз метнувшись в сторону, барон «поймал» спиною копьё, брошенное наугад, но с большой силой.
– Стегги! Алк! Воист! – кликнул Олег. – Берите щиты, будете прикрывать наших баллистиариев!
Сам Сухов бросился по галерее к винтовым лестницам. Лучники с солидариями уже покинули главный коридор – оттуда доносился громкий лязг и тупые удары.
– Решётки ломают, – хмуро сказал бравый солидарий.
– Все здесь? – спросил магистр.
– Да все вроде…
– Тащите лавки из трапезной и скидывайте на лестницу! Заклиньте подъём!
– Это можно, – повеселел солидарий. – Годехок! Атто! За мной!
Пересчитав остаток живой силы, Олег покачал головой. Семнадцать человек! И ещё человек двадцать полупьяных «бургундов». И дюжина варягов, не считая его самого. Пончик тоже не в счёт – не боец… Полусотня всего. Хм. Будем считать, что в его распоряжении АЖ полусотня!