- Яйца драконов! – догадалась Алька.
- Да, именно здесь и хранятся невылупившиеся наследники тех ящеров, которые сейчас служат мне.
- А потом?
- Что потом?
- Когда малышу приходит время вылупляться?
- А… Драконьих яслей у меня нет. Это слишком хлопотно. За малышами нужно ухаживать, кормить их. Когда дракончик появляется на свет, я позволяю родителям забрать его и отпускаю семью на волю. Как видишь, я не причиняю никому вреда. Они сами виноваты, что не уберегли от меня яйцо. Скоро ты тоже принесешь в инкубатор яйцо и получишь в свое распоряжение пару взрослых драконов.
Так и потянулись день за днем, заполненные занятиями с утра до самого вечера. Ежедневно Алька занималась телепатией, каталась на ездовом динозавре, проводила спарринг с Драко на мечах или тренировалась с макетом дракона, занималась скалолазанием и постигала науки.
Мало-помалу начали появляться результаты. Иногда они были даже неожиданными. Как-то перед сном девушка начала вспоминать Грея, раздумывая, была ли между ними искра любви или с его стороны было только притворство. Но она даже не могла понять, остались ли у нее какие-то чувства по отношению к Повелителю зверей, да и какие могут быть у нее теперь чувства, если она узнала, что является его сестрой? Слишком много времени прошло, слишком много событий, они заслонили в памяти прошлое, и все теперь казалось мутным и неясным. Вдруг Алька почувствовала себя рядом с Греем. Он тоже ощутил ее присутствие, заволновался, начал ее звать. Девушка дернулась и вышла из транса. Драко она не говорила об этом опыте, он ведь предупреждал, чтобы не пыталась связываться с другими полубогами, но на сердце стало теплее от мысли, что Грей не забыл о ней.
С каждым занятием по боевым искусствам меч становился все легче, все привычнее. Драко, разумеется, поддавался ей, но и она уже заставляла его побегать. А хвосту дракона таки досталось, не раз.
Сумела Алька, наконец-то, достать яйцо драконов. Теперь в ее распоряжении была самка, самца в этой семье почему-то не оказалось, и девушка с удовольствием приступила к занятиям с ней и полетам. Летать, сидя на спине у крупного ящера было просто чудесно, особенно после того, как она пережила два полета в когтях ископаемого монстра. Теперь же, общаясь с Дракошей, как назвала самку, она все более проникалась уважением к этому существу и убеждалась, что крылатые хищники на деле гораздо разумнее, чем считает Драко.
Спустя некоторое время, когда Алька летала уже сносно, Повелитель взял ее с собой, когда отправился к Границе, за которой проживали разумные драконы. Те встретили девушку с большим уважением, мощные сильные существа склоняли перед дочерью Хрос головы, становясь на одно колено. Даже Драко удивился такому отношению. С тех пор он позволил Альке проведывать разумных, только просил не удаляться от Границы.
Однажды, когда Алька совершала на Дракоше вечерний моцион по окрестностям, они увидели около Границы два распластанных тела разумных драконов. Спустившись, они догадались, что несчастные существа убиты эльфами. Их опутали сетями и расстреляли в упор. Девушка поняла, что это месть за подожжённые леса. Было это объявлением войны или предупреждением? Услышав писк, Алька поняла, что мать прикрыла ребенка своим телом, чтобы спасти. С помощью Дракоши удалось вытащить малыша.
С тяжелой хныкающей ношей полетела она к разумным. Гнев драконов было не описать и Альке стоило большого труда уговорить племя не нападать на соседей. Ведь тогда количество жертв будет неизмеримо большим, под угрозой существование обеих рас. Она пообещала, что сделает все возможное, чтобы открыть Границы и предотвратить войну.
К удивлению девушки, хныкающего малыша никто взять не предложил. Когда она спросила причину у старейшины, тот ответил, что у них не принято брать чужих детей. В одних семьях уже есть малыш, и двоих им не выкормить, в других готовятся завести своего, третьи уже стары и не возьмут на себя такую ответственность. В итоге Алька приволокла дракончика к Повелителю. Драко, разумеется, очень рассердился, что девушка сама вела переговоры, но, в конце концов, согласился, что времени летать за ним просто не было. Она, может, и не остановила войну, но отодвинула ее на некоторое время.