Только сейчас она почти полностью растворилась в своем прошлом. А была ведь уверенна, что, зная правила игры, уже не поддастся на провокации. Выходит, что нельзя на себя надеяться. Если бы не серебряное колечко, она так бы и не вышла из сладкого забвения. Какое счастье, что она не сняла его с руки. А у нее ведь есть еще и оберег с волшебными травками, который она когда-то в сняла и бросила в сумку, наверное, еще у Кристи. Ведь не носить же грубый полотняный мешочек с платьем, достойным принцессы. А бусы? Где же ее чудесные бусы, в которых каждый камень жил своей жизнью и обещал защиту и помощь тому, кто их носит? Тоже, наверное, в сумке. Вот глупая. А сумка-то где? Ни сумки, ни рюкзака не наблюдалось, и Алька поспешила вперед.
- Внученька! А как же море?! – неслось ей вслед.
Некоторое время девушке никто не встречался. Она прошла мимо длинной клумбы, усаженной разноцветными астрами, впереди показался прудик рядом с альпийской горкой. Возле прудика стояла незнакомая женщина, тонкая, словно хворостиночка, с большими карими глазами, такими грустными… Да, действительно, Алька никогда не встречалась с этой женщиной, но знала по фотографиям, бережно хранимым отцом.
Это была ее мать.
- Мама?
Женщина оторвалась от созерцания плавающих в пруду рыбок, и лицо ее засветилось от счастья.
- Доченька… - она подошла, коснулась тонкими пальцами спутанных волос Альки. – Вот ты какая… Я так давно мечтала тебя увидеть… Ты точно такая, как я и представляла… Я так соскучилась, родная моя… Я так тебя люблю!
- Мама… Мамочка… - Алька никогда и никому не говорила этих слов, а теперь они сами слетали с ее губ, словно дыхание, а на глаза навернулись слезы.
- Доченька… Милая… Не плачь… Теперь все будет хорошо… Теперь мы будем вместе! Всегда! Я больше не оставлю тебя!
Мать схватила Альку за руки своими холодными пальцами, потянула к себе, но девушка вырвалась, едва сдерживая прорывающиеся рыдания, и побежала прочь.
- Доченька! Останься со мной! Мне так плохо без тебя! – несся вслед за ней отчаянный материнский вопль.
- Ну нельзя же!.. – закричала Алька, глядя в небеса. – Нельзя же бить по самому больному!!!
Небеса не ответили. И девушка побежала дальше, чтобы не слышать зов плачущей матери, и вдруг словно вывалилась из одного пространства в другое, совершенно непохожее на парк, в котором она только что находилась. И белое платье исчезло. На ней снова был удобный мужской костюм, спину оттягивал рюкзак, через плечо висела сумка, а по ноге успокаивающе бил своей тяжестью меч.
Как будто с осколка одного мира она перескочила на осколок другого.
Глава 24.
Глава 24.
Оказавшись в новой реальности, Алька стала оглядываться. Теперь она была в лесу, настоящем лесу, старом, диком, пустынном. Никаких видений и фантомов поблизости не наблюдалось, и девушка устало опустилась на зеленую, едва начинающую жухнуть, траву. Предыдущие события измотали ее эмоционально, выкрутили и выжали, словно мокрую тряпку. Но был и положительный момент. Пережив пусть виртуальную встречу с родными, она могла уже оглядываться в прошлое без той боли, которая незримо всегда была рядом с ней.
Лес, это было хорошо знакомо и не страшно. Только вот реальный он или снова виртуальный? В первую очередь Алька решила воспользоваться тем, что с ней опять ее вещи и достала мешочек с обережными травами и корешками, собранный для нее Фреей, и бусы из обладающих особой силой камней. Надев на себя обереги, девушка почувствовала себя гораздо уверенней. Она перебирала самоцветы, словно четки, прося у них прощения за то, что так надолго забыла про них и не носила, вместо того, чтобы усиливать связь и насыщать их силой. Ей казалось, что камни просыпаются и оживают.
- Я не сдамся, - сказала она Зоне. – Я сильнее, чем Ты.
Одно воспоминание о больнице в ее старом мире наполняло девушку безудержным желанием идти вперед, пусть даже сквозь опасности и битвы, но быть живой, здоровой и полной сил.
Тут Алька почувствовала, как проголодалась. Кроме того, ее терзала жажда. И не удивительно. Она ела только утром, до полета к Зоне, а сколько прошло после этого времени, не могла даже предполагать.