Теперь королю предстояло встретиться с ошибками молодых лет лицом к лицу.
Глава 34.
- Прочь! Прочь отсюда, старый мерзкий призрак!!!
Если бы кто-то мог наблюдать эту картину со стороны, то очень бы удивился, насколько она казалась нелепой. Согнувшаяся и упершаяся ладонями в колени старуха с лицом, изуродованным гримасой гнева, ругает на чем свет стоит осанистого привлекательного мужчину средних лет и благородной внешности.
- Вон!!! Возвращайся в ту преисподнюю, откуда выскочил! Нет тебе места в мире, тобой загубленном! Нечего тебе здесь делать! Вон, старый забытый призрак!
Хрос слушал-слушал свою старшую дочь, глядя на нее округлившимися глазами, пока не расхохотался:
- Ты… называешь… меня… старым?! Погляди лучше на себя! Твой дурацкий образ старухи-знахарки так прилип к тебе, что ты, наверное, уже и забыла, как выглядишь на самом деле!
- Я?! А-а-а… - облик Фреи замерцал, словно на экране испорченного телевизора, и на месте древней старухи появилась статная женщина средних лет в длинном черном платье, она не была ослепительной красавицей, но все черты лица казались идеально правильными, только не было в ней того, что все эти черты должно связывать в цельный образ, и из-за этого не возникало желания задержать на ней взгляд.
Тем не менее, отец внимательно вглядывался в лицо своей старшенькой.
- Ты не меняешься, Травница, - качая головой, произнес он.
- Я только что изменилась.
- Внешность не меняет тебя внутреннюю. Даже десятки лет одиночества не сделали тебя ни добрее, ни человечнее.
- Тебе ли говорить о доброте и человечности? Ты разрушил наш мир, прекрасный цветущий мир!
- Насколько я помню, Травница, то этот мир разрушила шестерка моих чад, а во главе заговора стояла ты со своим братцем Драко, или я что-то путаю?
- Кто ты? Хрос погиб много лет тому назад. Кто ты, принявший его облик?
- Как ты уже сама сказала, я – старый мерзкий призрак.
- Призрак?.. Так ты, все-таки, умер?
- Вашими стараниями.
- Та ты, все-таки, призрак?
- Если быть более точным, то… дух. Дух, который, после смерти физического тела, не смог покинуть бренный мир и оказался заточенным в собственном замке.
- Ты был здесь? Все это время ты был в замке?!
- А ты, моя сверхталантливая дочь, даже не замечала моего присутствия.
- В Зону нельзя было проникнуть ни телом, ни духом!
- И, тем не менее, я все это время наблюдал за моими неверными детьми, за тобой. И не только наблюдал. Подсказывал нужные мысли, как, например, о младшей принцессе, рожденной в ином мире.
- Как?! Как ты мог?! Рыться в чужой голове, пытаться повлиять, заставлять плясать под свою дудку - это подло!
- Если бы хоть иногда заглядывал в ваши головы раньше, то не допустил бы заговора против себя. К сожалению, до Взрыва я доверял своим детям. И напрасно. После Взрыва я пытался исправить свою ошибку.
Фрея рвала и метала от гнева, лицо ее искажалось, отражая внутреннюю бурю, нелегко было принять мысль, что десятки лет ею руководили, словно тряпичной куклой, навязывая свои решения. На ее лице быстро менялись маски боли, стыда, снова гнева. Она не простит отцу такого издевательства никогда.
- Зачем ты разрушил наш мир?
- Я уже говорил, Травница, что это – дело ваших рук.