Грей кивнул в сторону одежды:
- Я выйду, а ты приведи себя в порядок и переоденься в чистое. Потом приходи в столовую. Выйдешь в сени - вторые двери слева, не потеряешься, дом не так велик. Ага?
- Ага, - кивнула Алька. – Я скоро.
- Помощь не понадобится? - хитро, совсем по-мальчишески, прищурился Повелитель зверей.
Девушка отчаянно замотала головой.
- Я так и думал, - усмехнулся Грей и вышел.
Алька пробежалась по комнате, выглянула в окна. Вокруг нависал величественный лес. Вблизи росло несколько дубов и буков, чуть дальше виднелись лиственницы и клены. Дернула дверь – открыто. Выглянула в сени и увидела две двери слева и две – справа. Вернулась в комнату. На столе обнаружила большой деревянный гребень, ярко-желтую ленту, большое мягкое полотенце и самое настоящее мыло. Около двери лежали ее вещевой мешок, изрядно подранный когтями грифа, и сумка с травами. На полу возле сундука стояли туфельки, мягкие туфельки из кожи, на низком каблучке, ее размера. Даже представить трудно, как взволновали девушку эти простые атрибуты. Который месяц ходила она или босиком, или в сапогах. Она погладила туфельки, прижала на мгновение к груди и поставила на место. Сначала нужно искупаться.
Мелькнула в голове мысль, что сейчас за ней никто не наблюдает, и можно бы бежать через окно, но Алька отбросила ее. У нее до сих пор кружилась голова, да и есть хотелось жутко. «Враг» обращается с ней нормально, даже очень гостеприимно, поэтому лучше пока подчиниться и усыпить его бдительность. Тем более, дом могут охранять дикие звери, скорее всего, так оно и есть, следовательно, сбежать будет не так просто.
Алька расслабилась в теплой воде, с удовольствием вымыла тело и волосы душистым мылом, оделась, перевязала волосы лентой и прошла в столовую. Столовая была небольшая, уютная, с деревянным столом в центре. Вокруг стояло шесть массивных стульев с резными спинками. Около стен – шкафчики в виде стеллажей, заполненные расписной глиняной и деревянной посудой. Стол уже был накрыт, и умопомрачительные запахи рассказали о еде быстрее, чем это сделали глаза. Алька замерла, с восхищением рассматривая большие круглые и овальные блюда, наполненные снедью. Здесь было аппетитное жаркое с травами, румяные пироги, маринованные грибы, запеченная рыба и даже ее любимый картофель!
Грей уже сидел за столом, но при появлении гостьи встал, и, словно джентльмен, несмотря на деревенскую обстановку, отодвинул стул, приглашая ее сесть.
Короткое «благодарю» Алька буркнула уже с полным ртом. Невозможно было удержаться, чтоб не начать набивать желудок вкусностями. Она, в первую очередь отвела душу картофелем, заедая пирогами, затем попробовала и остальные блюда. Замялась перед тем, как отведать жаркое, мяса она не ела давно и почти отвыкла, но изумительный запах не позволил его проигнорировать. Жаркое оказалось просто божественным. Утолив голод, Алька подняла глаза на хозяина дома.
- А разве Повелитель зверей может есть мясо своих подданных? – поинтересовалась она.
- Травоядные созданы для того, чтобы питать благородных хищников, хищники, погибая, оказываются съеденными стервятниками, шакалами и прочими трупоедами, и всех, в итоге съедают черви. Все взаимосвязано в природе, так предопределено богами при сотворении мира, и не нам решать, кто кого должен есть.
Алька едва не подавилась, представив всю описанную картину.
- Впрочем, - добавил Грей, - сам я никогда не убиваю животных. Со мной делятся добычей мои друзья-хищники.
- А кто готовит? – поинтересовалась Алька. – Все такое вкусное…
- Мои подданные.
- Что, звери, что ли? – расширила удивленные глаза девушка.
- Ну почему же? Звери могут принести мне кролика или утку, выловить рыбу из реки, но приготовить бифштекс или жаркое им, к сожалению, не под силу. Лапы мешают.
Алька прыснула.
- А кто же тогда? А-а-а, здесь тоже, наверное, недалеко граница с Внезоньем? Значит, еду готовят люди?
- Во-первых, Граница есть, за ней находятся поселения, но она неблизко. Во-вторых, для меня неважно, далеко или недалеко, мои посланники-волки относят в поселения дичь и приносят готовые блюда. А в-третьих, мои подданные за границей Призонья вовсе не люди.