- Я-а-а… Я не та, кого вы ждали, бабушка. Мне помощь нужна.
Алька словно очнулась от странного сна, в котором могла ходить и радоваться жизни. Она вдруг почувствовала страшную усталость, холодная одежда неприятно липла к телу. Голова снова закружилась, и девушка без сил опустилась около огня.
- Можно, я погреюсь немного?
- Грейся, для тебя и развела костер.
Алька покачала головой, старуха ее, явно, с кем-то путала. Но сейчас для нее имело значение только тепло огня, заструившееся по телу, принося в окоченевшие конечности физическую боль. Несмотря на это, глаза начали слипаться, словно медом намазанные.
- Мне к людям нужно выбраться, помогите мне. Пожалуйста, - слабым голосом попросила девушка.
- Да нет здесь, окромя меня, никаких людей, девонька. Со мной теперь будешь жить-поживать.
Последние слова старухи Алька слышала уже через сон, поэтому смысл их до нее не дошел. Но что есть дороже здорового сна для уставшего промокшего организма? Все проблемы отодвигаются на потом.
Старуха вздохнула, подошла к девушке, свернувшейся калачиком прямо на земле, по-детски подмостив под щеку кулачек, долго рассматривала ее, качая головой, затем набросила сверху овчинную безрукавку:
- Спи, девонька, спокойно. Начинается у тебя новая жизнь. Правда, ты этого пока не знаешь, вот и спи спокойно. А что дальше ждет тебя, я и сама не знаю. Но сделаю все для того, чтобы ты выжила да мне послужила. Надежды у меня на тебя большие, девонька.
Старуха порылась в котомке, бросила в костер несколько корешков и сухих веточек, пряный дымок от которых потянулся к спящей девушке, а сама снова села на старый ствол со словами:
- Три дня я тебя ждала, подожду еще. Спи, милая, никуда ты теперь от меня не денешься.
Глава 3.
Обычно Алька просыпалась от боли в деформированных от долгого сидения в одном положении костях, боль была размытой и тупой. А сейчас боль была фиксированной и острой, где-то под ребром. Только некоторое время спустя девушка сообразила, что в ребро впивается какой-то посторонний предмет. Не открывая глаз, она пошарила под собой и вытащила деревянный сучок. Откуда? В одно мгновение остатки сна испарились неведомо куда, и Алька вспомнила все, что произошло вчера или когда? В общем, до того, как она уснула. Мачеху и сестру, убежавших на очередную выставку, которую долго потом будут критиковать, струи ливня, бившиеся в балконную дверь, свое отчаяние и нежелание доживать оставшиеся месяцы в муках, скользкие перила балкончика, короткий полет, мокрый склон, уходящие в небо стволы сосен, которых нет и не может быть в центре Киева. Привиделось. Чего только не привидится. Даже привиделось, что она снова ходит, ходит по дикому пустынному лесу, проваливаясь босыми ногами в размякшую землю, обнимает старые сосны, вдыхая из терпковато-сладкий запах. Даже привиделась безумная старуха около костра, на который не лил дождь…
А на самом деле она, наверное, потеряла сознание после падения и лежит сейчас под окнами своего дома, разбитая и искалеченная.
Альке даже глаза открывать не хотелось. Как сладко спать, как горько возвращаться в действительность. Но надо, раньше или позже, а надо. От себя не спрячешься. Что суждено, то и придется пережить, пережить и умереть, покинуть этот негостеприимный мир навсегда. И за что этот мир так успел невзлюбить такое юное беззащитное существо, что приготовил для него столько испытаний?
Мир молчал, и Альке пришлось-таки открывать глаза. Опаньки! Оказывается, ничего ей не привиделось! Она лежала около еще горящего костра, укрытая какой-то лохматой, странно пахнущей, шкурой, а напротив сидела старуха, все так же ковыряя палкой недогоревшие сучья.
- Проснулась, чумазая? – криво ухмыльнулась бабка, заметив шевеление.
- Я-а-а, - протянула Алька, рассматривая засохшую грязь на руках и одежде.
- Ты-ты. С ног до головы в грязной жиже вчера измазалась, чисто кикимора болотная, а не человек.
- Вчера-а?
- Вчера-вчера. Спать ты горазда. Ступай к ручью, умойся.
- Я не могу. Я не хожу.
- Ну, да... Ну, да... - согласно кивнула старуха. – То-то ты вчера прибежала к костру, как резвая козочка. Ясно, что не ходишь.
Бабка, явно, была сумасшедшей, и Альке предстояло решить, как с ней общаться.
- Вы бы лучше позвали людей, бабушка. Мне помощь нужна. Я – инвалид. Или, хотя бы, укажите, в какую сторону мне идти, чтоб к людям добраться. Я, кажется, заблудилась немного…