И всё же, неспроста он туда посмотрел. Алисия была уверена в этом.
Часть 4
Они зашли в уютную комнату-квартиру с более современным ремонтом, чем у Алисии и Феодоры. Неудивительно, ведь детектив — приглашённый гость. Да и то у него были схожие со студенческими условия. Лишь немного лучше.
Да уж, жаловаться на жизнь в общежитиях никто не смог бы. Чистота, комфорт, все удобства. И даже заселяли всего по двое, хотя пространства достаточно и на большее количество человек.
Мысли резко сменились. Алисия увидела, что в комнате больше никого не было. И не похоже, что Крис об этом не знал. Он вёл себя непринуждённо и спокойно. Уверенно закрыл дверь на замок. От этого Алисии стало только тревожнее. Не по себе было от осознания, что сама ведь буквально напросилась к нему, а теперь хочет сбежать.
Глупо думать, что оставаться наедине с мужчиной в пустой квартире — всегда опасно. Даже если Крис станет к ней лезть, она сможет дать отпор. А на насильника он, к счастью, не тянул. Да и зачем ему эти проблемы?
Пора успокоиться и отбросить ненужное смущение.
— А где твой сосед? — её голос всё-таки дрогнул, выдавая волнение.
Если Крис и заметил, не дал понять.
— Я живу один. Так удобнее. Да и ректор не хочет, чтобы кто-то заподозрил что-то насчёт меня.
Последняя фраза явно намекала: информация, которой Крис собирался поделиться с Алисией, должна остаться между ними. Это было слышно в тоне и видно в глазах, внимательно смотрящих на неё.
— Я буду молчать, — как можно убедительнее сказала она.
Сейчас, когда они перешли к главной теме, неловкость отступала. Ситуация интриговала. Немного пугала, но всё же, была интересной. Хотя Алисия ни за что не призналась бы себе в этом. Она, возможно, и хотела приключений, но вряд ли таких опасных.
— Само собой, — уверенно согласился он. — Давай на кухню, неплохо бы поесть заодно. Будешь кофе с печеньем?
Алисия машинально кивнула. Она видела в его глазах безмятежность и что-то, похожее на доверие.
Он словно не сомневался в ней, понимал её. Сыграть такое — нужно либо быть очень хорошим актёром, либо жестоким человеком; впитывающим в себя, как в пустоту, самые ценные эмоции и чувства без малейших угрызений совести.
Крис одобрительно улыбнулся и пошёл в сторону кухни.
Алисия зашагала за ним. Машинально села за стол, следя, как детектив заваривал напиток.
В какой-то момент её перемкнуло. А можно ли брать что-то из его рук? Вдруг, преследуя свои цели, Крис собирался отравить её? Не смертельно, а так, чтобы отключить на время. Сложно представить, зачем; но не стоило терять бдительность. Крис изначально нацелился на неё и вёл какую-то игру.
Джонатан не предупредил бы Алисию, не будь это важно. Она и так рисковала, продолжая общение с Крисом. А потому нельзя забывать про осторожность.
Алисия внимательно следила за действиями Криса. Вряд ли он успел что-то ей подсыпать. Упаковку печенья разрывала она, кофе он разливал при ней. Так что опасаться, вроде бы, нечего.
Она старалась держаться невозмутимо. Хорошо, что Крис словно и не заметил подозрительности в её взгляде. Или списал на волнение.
— Так вот, меня пригласили сюда, чтобы выяснить причину, по которой в последнее время академия выпускает только тёмных магов, — протянув ей чашку и сев напротив, сразу начал Крис. — То есть, намеренно вроде как никто никого не вербует на сторону зла, методы преподавания всё те же, а проблемка вырисовывается.
Алисия растерялась: ожидала всё-таки чего-то другого. Даже не знала, как реагировать. Но чувствовала: Крис не врал.
— Так что не волнуйся, вряд ли на тебя нападут — проблема где-то глубже, не в банальном наличии преступника и жертв, — внимательно глядя ей в лицо, подбодрил он.
Алисия не могла выкинуть из головы навязчивую мысль о своей роли в происходящем, а потому не восприняла его утешение.
Да, правда оказалась далека от представлений. Но беспокоила не меньше мифического неуловимого преступника.
Время словно остановилось. Тишина повисла в воздухе. Крис не нарушал её, видимо, понимал: сейчас Алисия всё равно не услышала бы его. Слишком уж погрузилась в мысли.
От этого её размышления приняли новый оборот. Крис вёл себя слишком уж открыто и дружелюбно к ней. Участливо так, словно искренне заботился. Это сбивало с толку. Он будто действительно знал её, понимал, когда стоило промолчать и что говорить. Это не могло не беспокоить.