Выбрать главу

          -Дуб? – Виктор оживился.

          -Да, Вы знаете об этом?

          -Гриша, знаешь, когда я насылал на тебя этот сон, то хотел тебя подвести к тому, к чему, по моему мнению, должны стремиться все маги. Но когда остается такой след – это всегда интереснее. Кто тебе явился? – Виктор поднялся с места, обошел стол и оперся об него.

          -Ну, сначала там был дворник, с которым мы общались, который нарисовал портрет, а потом явилась девушка.

          -Девушка? – тут маг удивился.

          -Да, – Гриша кивнул.

          -Как ее звали? – спросил Виктор.

          -Аврора, – парень замолчал, ожидая, что ему расскажет мужчина, но он молчал. – Виктор Евгеньевич? Вы знаете ее?

          -Я слышал о том, что в нашей истории была такая особа, если не ошибаюсь, она первая из…

          -Из тех, кто стал магом, – Гриша засуетился.

          -Да, Гриша, именно. Понимаешь, когда в этом сне магу является дух – это значит, что в дальнейшем он будет связан с этим духом целью.

          -Целью? Но какой? – в голове парня завертелись мысли о происходящем. – Я должен буду продолжать начатое? Делать из людей магов?

          -Этого я пока не знаю, но боюсь, так просто вы с Авророй не скоро встретитесь.

          -Но что же мне тогда делать? – легкая паника просыпалась в парне.

          -Делай пока то, что задумал, но перед этим хочу тебе кое-что показать, идем за мной.

          Они вновь окунулись в суету, но Виктор проходил сквозь это все с тем же спокойствием. Они спускались ниже, прошли вниз по лестнице мимо старухи-ведьмы и проникли в сад. Идя мимо оранжерей и клумб с цветами, бутоны которых достигали размера взрослого человека, они дошли до площадки, на которой столпились молодые люди. Каждый из них формировал магический заряд и запускал в мишень.

          -Не хочешь попробовать? – осведомился Виктор. – Покажи, что можешь.

          Гриша замялся, но вышел вперед и небрежно пустил заряд в мишень. Вокруг послышались смешки.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

          -Тихо, – спокойно произнес Виктор. – Женя, покажи ему.

          К Грише вышел крепкий светловолосый парень, таких обычно сравнивали со шкафами. Он хмыкнул, слегка отодвинул пришедшего и повернулся к мишени.

          То, что Гриша видел дальше, его поразило.

          Грубый при всей своей внешности парень с необыкновенной тонкостью сотворил заклинание. Кисть руки скользнула по воздуху, описав круг, с расслабленных пальцев, направленных к мишени, соскользнуло пламя и, свернувшись в шар, со свистом улетело в цель. При большей расслабленности, заклинание имело большую силу.

          Гриша был удивлен, но Виктор был довольным, глядя на своего ученика.

          -Но как это? – парень смотрел на все с широко раскрытыми глазами.

          -Ты видел магию во сне, но ты еще не видел магию в реальности, – ответил ему Женя.

          Эти слова не сделали происходящее более понятным, наоборот, казалось, что ученик Виктора выпендривается.

          -Давай я поясню, – Виктор положил руку на плечо крепыша и отправил его к другим ученикам. – Ты видел красоту магии, но пока не видел ее применение в жизни. Когда ты действительно найдешь эту красоту, когда ты почувствуешь ее, только тогда твои заклинания станут другими, сильнее.

          -И как долго это тренировать? – спросил Гриша, вокруг снова раздались смешки.

          -Понимаешь, Гриша, ты не столько должен тренировать это, сколько увидеть, почувствовать.

          Гриша хотел что-то ответить на это, но так и не нашел, что.

          -Боюсь, мне уже пора идти, – Виктор поманил Гришу и пригласил его уйти с площадки. – Да и потом, думаю Вас уже ждут, Гриша, – он улыбнулся, прочитав промелькнувшие мысли Гриши о Еве.

          Они попрощались, и Гриша вышел из сада, направившись к месту встречи с Евой. Хоть разговор и был коротким, но он начал переворачивать представление о магии. Сон, который уже не пропадал из его памяти, а висел в его голове цельной картинкой, сохраняя тот звон, в добавок к этому, та легкость, которая присутствовала в движении такого бугая, как Женя, не давала ему покоя, смущала его и даже расстраивала.