— Ты испортила мои отношения с семьёй. И за это ждёшь благодарности? — резко отшатнулся от меня, я же, тяжело вздохнув, более спокойным движением вернула свою задницу обратно на стул.
– Эти отношения ты испортил самостоятельно. До каких пор твой отец снабжал бы тебя деньгами? Когда - нибудь он бы понял, что его никчёмный сынок уже взрослый и дал бы тебе пинка под зад. А эти средства пошли бы в карман беспринципной молодой любовницы. Но все же большая вероятность, что худший или же лучший варианты событий наступили бы раньше.
— Ты просто больная. Твой дилетантский аферизм никому не приносит никакой помощи.
— Серьёзно! — открыто рассмеялась над ним. — Что с тобой сделали? Ты теперь даже оскорбляешь как-то мило. Дилетантский аферизм. Ну надо же! Вступил в религиозную секту? Мир и любовь все такое...
— Мир и любовь пропагандируют хиппи, а не секта. Но я не принадлежу ни к тем, ни к другим, — усмехнулся парень.
Наконец-то мой заказ принесли, и я орудуя ножом и вилкой, не стесняясь, приступила к трапезе.
— С тобой, конечно, очень интересно болтать, но, к сожалению, у меня на сегодня ещё планы. Так что давай - ка перейдём к главной теме дня, — подмигнув Максу, сделала большой глоток ледяного игристого напитка.
— Отдай флэшку по - хорошему, иначе я сделаю одолжение всему миру и нажму уже на красную кнопку детонатора. Бомба, которой ты обматываешь себя все эти годы, разнесет тебя так, что и по кусочкам будет не собрать.
Мой звонкий смех, наверно, прогремел на весь ресторан. Но его угроза была просто абсурдной. Ну, что он мог мне сделать? С его ограниченной фантазией. Пфф.
— Знаешь, Макс. А ведь ты был у меня первым, — негромко призналась ему томным голосом, возбуждено сверкая глазами. — Только представь, сколько опыта я набралась за эти годы. Так что ещё не известно кто из нас взлетит на воздух.
— Твой шантаж говорит об обратном. Мелко, пошло и совершенно необдуманно, — осуждающе произнёс парень.
На что я лишь легкомысленно пожала плечами. Мне на его оценку моих способностей было совершенно плевать. Главное — результат. И на этот раз он несомненно будет.
— Сколько денег ты вымогала за фотосессию у Зотова?
— Для его личного представителя ты удивительно не осведомлен, — обворожительно улыбнулась Максиму.
Сама не понимаю от чего, но моё настроение с каждой минутой становится ещё более замечательным. Нет, правда. Это так весело, наблюдать за чужим фиаско. Они словно маленькие хомячки несутся по беговой дорожке, до которых никак не дойдёт, что финиша им не достичь.
— Хочу услышать твою версию.
—Тебе ли не знать, что она бывает не совсем правдива, — бодрым голосом сказала я, напоминая ему наше знакомство. Хотя вряд ли все три встречи вылетели у него из головы. — Без лоха и жизнь плоха. К счастью, вас таких ещё много.
— Так сколько? — сегодня Максим был удивительно спокоен, но тем не менее, настойчивы.
— Нас прослушивает полиция? — шутливо уточнила вместо прямого ответа. Иначе зачем ему настойчиво вытаскивать из меню ту информацию, которая и без того известна нам обоим.
—Лучше, — с кривой улыбкой произнёс мой собеседник. — Весь интернет.
Проследив за взглядом Макса, я покосилась назад и увидела Зотова с мобильником в руках. Я не заметила его совсем, была полностью поглощена разговором с парнем, что сидел напротив меня. Неужели он все это время снимал? А судя по довольно физиономии Антона, и то, как он беззаботно мне подмигнул, лишнего я наговорила прилично.
***
Как и предполагал Лёня, сегодняшний вечер не закончится нашей победой. Но по классике у меня для него две новости. Плохая в том, что я все - таки угодила в ловушку. А хорошая — загнали меня туда два идиота. Переиграть их можно в два счёта, но для этого нужно время. Сегодня они оказались на коне, а уже завтра будут под ним. Однако, я должна поддаться им, чтобы парни ощутили себя крепко сидящими в седле. И в самый неподходящий для них момент случится то самое роковое падение.
— Раз здесь больше никого нет, — повернувшись обратно к Максиму, лениво произнесла я. — То, видимо, мозг всей операции — это ты.
— Ты меня недооценила, — заметно повеселев, ответил парень.
— Нет, — улыбаясь покачала головой. — Это ты себя слишком переоцениваешь.
Около минуты мы задумчиво рассматривали друг друга, совершенно позабыв про Антона, который, по сути, являлся главным центром событий. И очень скоро ему это надоело. С громким скрипом фотограф отодвинул единственный свободный стул слева от меня и не совсем грациозно примостил на него свою задницу. Зотов, в отличие от нас, был дерганным и возбуждённым, оттого и внёс часть своей суматохи в наш разговор.