Гадко уже от того, что я ещё должна нахваливать какое - нибудь откровенное дерьмо, просто спихивая клиентам наиболее выгодный товар. А он, между прочим, даже в моих руках профессионального визажиста ведёт себя крайне плохо. На тестовом макияже убедить покупателя, что этот чудо - консилер, вместо того, чтобы скрыть все мимические морщины, наоборот, их подчеркнул, да и визуально прибавил парочку новых, действительно классная вещь — высшая степень актёрского мастерства. Пусть я и работала в театре, но на сцене не блистала.
Вероника и Полина, девочки из моей смены, позвали в эту пятницу с собой в клуб. Весёлые, молодые и простые. Никогда бы не подумала, что меня будет цеплять в людях последний факт. Но общаться с ними было довольно легко, даже с моей асоциальностью.
Спустя пару выпитых коктейлей со слабым содержанием алкоголя, меня потянуло в сон. Сказалась пятидневная двенадцатичасовая усталость. В общем-то, график обычно более щадящий, но мне очень нужны деньги. Я на мели, а пользоваться Лёнькиным добродушием больше не могу. Тем более дала себе слово — подарить ему новенькие колеса. Но пока, я даже ржавое корыто неизвестного года выпуска потянуть не могу.
Ника и Поля наоборот зарядившись от спиртного энергией оккупировали танцпол, а потом и столик каких-то мажорных мальчиков. Я к ним присоединяться наотрез отказалась. Меня от таких воротит. Да и вызывают они не лучшие ассоциации.
Про Макса я вообще стараюсь не вспоминать, хотя в моей теперешней жизни это не просто. Самой ужасное, что этот человек разрушил всю мою жизнь, а я не могу придумать для него достойной мести. Что Корсун умнее и сильнее меня, я признавать не готова. Но руки все же опустила. Лёнька говорит: "забудь и иди дальше! ". Как? !
Он просто самого главного не знает. Да от меня об этом нравственном падении вообще ни одна живая душа не услышит и призрачная тоже.
Мне стыдно. Ужасно стыдно. Перед самой собой стремно. Однако сколько бы я не размышляла, причин для моего временного помешательства в его кровати не находила. Любая ночная бабочка нимфоманка покрутила бы пальцем у виска, узнав о произошедшем и о нашей с ним истории в принципе. Я просто настоящая идиотка. Все что могу сказать в свое единственное оправдание. Но толку от него?
Даже сейчас, сидя у барной стойки, попивая через соломинку мохито. Ею же болтаю лёд в бокале и, словно одержимая, никак не могу выбросить этого придурка из головы. Месть! Это слово наваждение. Оно поселилось в моей черепной коробке и не желает исчезать. А я до обидных слез не в состоянии больше бороться. Без сил. Без идей. Без возможностей.
Вдруг почувствовала, как мне на плечо легла чья-то рука. Уже было решила послать куда подальше очередного подвыпившего пикапера, но оглянувшись очень удивилась.
Настя, моя старая приятельница, стояла передо мной, а её некогда милое личико блистало приветливой улыбкой. Редко кто-то из моих многочисленных знакомы действительно рад меня видеть, но ей хочется верить. Анастасия была первым человеком, с которым свёл меня этот город. Вернее, мы познакомились ещё в пути. Она, как и я, мчалась на скоростном поезде навстречу своей мечте. Академия художеств имени Ильи Репина. Звучит круто. Как на деле? Я не знаю.
Мы давно уже не общались, хотя когда-то даже жили вместе. Но потом Настя получила место в общежитии, а я познакомилась с Лёнькой. Вот так в общем короткая дружба сошла на нет. Потеряли связь просто не имея общих интересов, да достаточно крепкой симпатии.
Сейчас, конечно, девушка выглядела совершено иначе. Помпезно. Эффектно. И должна признать, чересчур смело.Дреды были собранные в высокую причёску по типу пальмочки. Из одежды короткое, вроде бы, чёрной платье с белым вставками в воротниковой зоне. Такая а-ля-школьница неформальной внешности. Пирсинг. Тату. Жесть! Моя мама бы "оценила".
— Что с тобой сделала любовь к современному искусству? — ни без колкости проговорила я, стараясь переорать музыку.
— Зато ты не изменилась, — в ответ прокричала Настя. — Всё так же окружена аурой одиночества.
С улыбкой продемонстрировав собеседнице средний палец, неуклюже слезла с высокого барного стула. Клянусь, забираться на него было легче.Жестом позвав её на перекур, принялась настойчиво пробираться к выходу сквозь танцующую толпу, по возможности избегая столкновения с официантами, бережно несущие подносы с наполненными фужерами, стаканами и стопками.
Улица встретила нас прохладой северной ночи. Несмотря на поздний час было многолюдно. Кто-то, как и мы, вышел просто покурить, кто-то кучковался небольшим компаниями, чтобы пообщаться в более спокойной обстановке.