На моё веселье Макс и бровью не повёл.
— А в чем подвох? — быстро успокоившись, подозрительного прищурилась я. Он ведь, несомненно, есть. — Хотя, можешь и не отвечать. Меня твоё предложение не интересует.
У них чокнутая семейка фанатиков, что проводят обряды человеческого жертвоприношения? Бред? Ну, не знаю. По мне, логичнее чем то, что у красавчика Макса просто нет пары и что ей принципиально должна стать я. Это же свадьба, а не американский выпускной. Спутница там необязательна.
Отмахнулась от него, одновременно указав на выход.
— Я не спрашивал тебя, а поставил перед фактом. Либо ты выбираешь худой мир, либо мы снова возвращаемся к началу, — чётко отчеканил каждое слово да при этом подошёл непозволительно близко.
— Я тебя совершенно не боюсь, — привстав на носочки, солгала очень правдоподобно. Мне хотелось, казаться выше. Мощнее. Чтобы наши лица были на одном уровне, словно два боксера на церемонии взвешивания. Но для подобного устрашения мне не хватало ни массы, ни роста. В отличие от моего противника. — Кончилось вдохновение? Иссякла фантазия?
В притворной заботе поинтересовалась у него.
— Что же ты вдруг приполз со своим идиотским условием? — уже язвительно усмехнулась я.
Прямо так и вижу, как Лёнька на это осуждающе качает головой. Но мне действительно нравится дразнить зверя, доводить его до грани, чувствуя свое превосходство. Тем более совершенно очевидно, что для Максима его просьба имела большое значение.
Скулы ещё более заострились, а глаза его потемнели придавая лицу озлобленный вид. Среагировав мгновенно, Макс развернул меня спиной к себе, зажимая между комодом и своим телом. Больно припечатал животом к деревянным ящикам. Практические обездвижил, оставляя новые синяки на запястьях.
— Вижу, что по - хорошему ты не любишь. Ну, тогда все для тебя, солнышко. — прошипел мне на ухо. — Уверен, на твоего дружка здесь часто косо смотрят. Немного лишних усилий с моей стороны и дворовая шпана сделает из него пиньяту. Будет дубасить битами до тех пор, пока из него конфеты с монетками не посыпятся. А они посыпятся, поверь! Даже угадай с какого места.
Вот же аморальный урод! А Лёня ещё на его сторону встал защищая. Со мной поссорился.
— Выметайся отсюда. Немедленно! — отреагировала на его угрозы, стойкой обороной. Несмотря на ледяной холод в голосе, сопротивлялась я отчаянно. Но добилась лишь, что со столешницы попадали на пол несколько флакончиков с духами и ещё кое - какая косметика.
В пылу борьбы лямка сарафана предательски сползла, а подол неприлично задрался. Снова неподходящая одежда, которая, судя по тяжёлому дыханию Макса, оказывала на него совершено ненужный мне эффект.
Наэлектризованная атмосфера искрила вокруг нас и ощутимо била током прямо в душу.
— Не смей! — сразу же присекла его, когда руку мне в вырез летнего платья засунул. И конечно же, мой запрет Макса не остановил, а, наоборот, сильнее раззадорил.
Почувствовав как его ладонь сжала грудь, я окончательно разъярилась.
Щеки пылали, дышать удалось с трудом, а пульс лихорадочно стучал в висках. От гнева. От бессилия. От ненависти.
Но Максу если и не было плевать на мою возню, то, похоже, он получал явное нездоровое удовольствие от моей беспомощности и нашей потасовки в целом. И в открытую это демонстрировал, неприлично пошло прижимаясь к моей заднице своим главным и любимым оружием.
Всё это подозрительно напоминало нашу предпоследнюю встречу, только к своему стыду я вынуждена признать, что тогда мы были на одной волне. Сейчас же это было не так. Никакой похоти, одно лишь презрение.
Слишком свежо воспоминание об унижении и боли, причём не только физической. Я вообще никогда и ни о чем не забываю. И повторных ошибок, тем более катастрофического масштаба, стараюсь не совершать.
Встретившись глазами в зеркальном отражении замерли ненадолго. Мы оба выглядели сумасшедшими, абсолютно невменяемыми. Дерзко улыбнувшись, Максим снова резко развернул меня, но уже лицом к себе. Жутко до мурашек.
Подхватил под ягодицы и посадил на комод. За поясницу придвинул к самому краю и бесстыже устроился у меня между ног. Действовал так шустро и умело, что я не успела ничего понять.
Задыхаясь от усталости, негодования и отборной матершины, жёстко реагируя на все его, так же отнюдь не нежные движения, за ворот футболки и короткие пряди волос пыталась оттолкнуть Макса как можно дальше.
— Тебя только так возбуждает? — прерывисто, из-за тяжёлого дыхания, поинтересовался идиот, запуская свои наглые клешни мне под юбку. Вдобавок похотливым липким взглядом по моей фигуре прошёлся. — Только силой?
Похоже, он, конкретно путая берега, до сих пор не понял, что это совсем не игра. А лишь его больная фантазия. За что и был послан в очередной раз на три буквы.