Уже потом, когда вспыхнуло настоящее освещение, Олеся смогла лучше разглядеть Олега. Он сменил имидж — волосы теперь были зачёсаны по-другому, но это ничуть его не портило, а, наоборот, добавляло мужественности, чёрные кожаные брюки подчёркивали красоту сильных ног, а косуха придавала образу брутальности. Был выбран очень удачный сценический приём — о любви нежно и страстно пел этакий видавший виды мачо. Подобный контраст лишь усиливал впечатление от выступления и будил бурю чувств в душах его горячих поклонниц. Но и безо всех этих ухищрений Олесе было видно, что Олег очень возмужал.
Концерт шёл своим чередом, и люди даже стали танцевать в проходах под особенно полюбившиеся песни Чародея. Он, как всегда, блестяще взаимодействовал со зрителями и вдруг в какой-то момент обратился к ним:
— Друзья мои, а кто хочет спеть? Ну, решайтесь! Я знаю, среди вас есть много талантливых людей!
Из разных концов зала сразу поднялись руки смельчаков. Олеся встрепенулась и тоже подняла руку. Выбор Чародея пал на паренька-подростка. Тот сидел во втором ярусе, и к нему можно было добраться лишь в обход. Чародей же, недолго думая, передал микрофон охраннику, подтянулся на руках и перемахнул через ограду. А затем, как ни в чём не бывало, поймал микрофон, который ему бросил охранник, и приготовился слушать паренька. Это было настолько эффектно и по-мужски, что в зале раздались восторженные аплодисменты представительниц прекрасного пола. Молодой красивый талантливый певец, да ещё и в прекрасной спортивной форме, сводил их с ума. Олеся же испуганно вскрикнула. Высота была приличной, и Олег вполне мог сорваться. «Дурак несчастный, — испуганно подумала она. — Зачем так бравировать?»
Олег стремительно перемещался по залу, так что охранники за ним едва поспевали, и давал возможность спеть всем желающим. Олеся много раз поднимала руку и, наконец, он её заметил. На его лице отразилось смешанное чувство радости и растерянности.
— Олеся? — тихо сказал Олег, на минуту отключив микрофон. — Здравствуй.
— Здравствуй, — она не отрываясь смотрела на него. — Мне надо с тобой поговорить. Это очень важно.
— Подожди меня после концерта, — быстро ответил он. — Как тогда, помнишь?
Она молча кивнула.
— Ну что, милая девушка, вы хотите спеть? — спросил её Олег, уже включив микрофон.
— С удовольствием, — улыбнулась она и запела ту самую песню, которую исполняла в прошлый раз.
Она пела и смотрела прямо в эти раскосые янтарные глаза, пела и будто рассказывала ему о своей любви, пела и словно обещала долгую счастливую жизнь… На минуту Олегу показалось, что их в зале только двое, и он стал негромко ей подпевать. Сначала лишь фоном, чтобы не заглушать приятный, но несильный голос девушки, а потом увереннее, уже первым голосом. Их дуэт звучал на удивление гармонично и слаженно, словно они давно выступали вместе. Зрителям это так понравилось, что со всех сторон раздались аплодисменты.
— Спасибо! — сказал в микрофон Олег и поцеловал Олесю в щёку, как это делал и с другими поклонницами. — Дождись меня…
Последнюю фразу он шепнул ей на ухо. За ними наблюдали сотни пар глаз — кто-то с восхищением, а кто-то и с завистью. Но среди всех была одна пара глаз, которая следила за дуэтом с лютой ненавистью, замешанной на фанатичной безответной любви и жажде мести.
Между тем концерт подходил к концу. Чародей напоследок решил окончательно сразить сердца своих поклонниц. Во время исполнения одной из песен он так брутально и в то же время эротично поиграл с микрофонной стойкой, что зал просто взвыл от восторга, а в следующей композиции подбросил микрофон к самому потолку и тут же легко его поймал, чем вызвал новую бурю восхищения.
Олеся не очень-то реагировала на все эти трюки. Её больше волновал предстоящий разговор с Олегом. Он не забыл её — это уже хорошо! Но как воспримет новость о сыне? Поверит ли? Не станет ли её избегать? «Будь что будет! — решила она. — Не поверит — значит, так тому и быть! О сыне я сказать обязана, а там пусть решает сам».
В скором времени концерт завершился, начались раздача автографов и вручение подарков. Олеся поспешила к служебному выходу, чтобы не пропустить Олега. Как всегда, там собралась большая толпа поклонниц, которые не хотели так скоро расставаться со своим кумиром. Когда в сопровождении охранников показался Олег, послышался восторженный гул и выкрики:
— Чародей, мы тебя любим! Ты наш! Мы с тобой!
Певец привычно улыбнулся и помахал рукой.
— Спасибо за вашу любовь! — поблагодарил он фанатов.
— Девушки, пожалуйста, два шага назад… Отойдите от машины! — вежливо просили охранники и теснили разгорячённую напирающую толпу.
Олег заметил Олесю и кивнул ей. Она уже направилась к нему и, вдруг обернувшись, увидела, как какая-то толстая нескладная девица, стоявшая среди поклонниц, достала пистолет и нацелила его в Олега. Не понимая до конца, что происходит, Олеся бросилась к парню и закрыла его собой в тот самый момент, когда раздался выстрел.
Её моментально пронзила острая боль, а в голове словно разорвался горячий светящийся шар. На лице застыло удивлённое выражение. «Что это? — как будто спрашивала она. — Разве так можно?» В следующую секунду девушка, подхваченная руками Олега, стала оседать, и мир погрузился во мрак.
Олеся уже не видела, как всё вокруг пришло в движение. Поклонницы испуганно завизжали и кинулись врассыпную, двое охранников бросились к девице с пистолетом — та снова выстрелила и ранила одного из них, другому же удалось её обезоружить и скрутить. Остальные прикрыли Олега. А тот так и стоял, поддерживая Олесю, которая беспомощно повисла у него на руках, в то время как по её водолазке стремительно расползалось зловещее красное пятно.
Глава 32
Глава 32
Олеся открыла глаза и первым, что увидела, был белый потолок. А ещё стены, выкрашенные в казённый голубой цвет.
«Где я? — подумала она. — Что случилось?» Девушка сделала попытку приподняться, но тут же почувствовала резкую боль в груди.
— Лежи, лежи, детка! — откуда-то сбоку подскочила испуганная Лариса.
Она жмурила заспанные глаза.
— Мама? — сказала Олеся, но услышала не свой голос, а какой-то едва различимый шёпот.
— Не волнуйся, доченька, — Лариса стала гладить её по руке, беспомощно лежавшей на одеяле. — Теперь всё будет хорошо…
— Где я? — прошелестела Олеся.
— Ты в больнице, моя родная… — всхлипнула мать. — В тебя стреляли… Но опасность уже миновала! — поспешно добавила она.
— Почему стреляли? — изумилась девушка.
И вдруг всё вспомнила — толпу поклонниц, приветствовавших Олега, странную девицу, которая зачем-то нацелила на него пистолет, и саму себя, инстинктивно рванувшуюся к Олегу. А через долю секунды — резкий хлопок, после которого ей показалось, что грудная клетка разорвалась, и падение в пропасть, где так темно и страшно…
— Твоего Чародея пытались убить… — нехотя объяснила мать. — А ты его прикрыла собой… У тебя ранение доченька, но, благодаренье Богу, пуля не задела жизненно важных органов… Ты поправишься, моя родная, обязательно поправишься!
Лариса непроизвольно всхлипнула. Только сейчас девушка заметила, какое у матери измученное постаревшее лицо.
— А где Ванечка? — вспомнила Олеся. — Мне надо к нему…
Она вновь попыталась приподняться, но тут же беспомощно упала на постель. Туго перебинтованная грудь отреагировала резкой болью, а стены комнаты вдруг поплыли перед глазами.
— Лежи, тебе пока нельзя двигаться! — испуганно воскликнула Лариса. — А Ванечка остался с Региной, Владом и Ритой… Там всё в порядке, не беспокойся! У Риты, оказывается, младшие брат и сестра, так что с малышами она умеет обращаться, ну а Влад с Региной Ванюшку просто обожают…