Всего одна ночь в каменном мешке изменила бывшего студиоза до неузнаваемости. Серый, как бумажный пепел, апатичный, только дрожит в ознобе.
Ага, сверху свисает металлическая цепь, вообще отлично.
От суеты вокруг Йан слегка пришёл в себя и с ненавистью уставился на старательного монаха. Вдомёк ли этой тупой цветущей физиономии, что он привязывает не просто человека, но целый внутренний мир? Монах затянул последний узел, с жадным любопытством уставился на студиоза и вдруг явственно подмигнул. Издевается?
Тидер тем временем окончательно потерял терпение:
– Коллеги, ведите протокол сами, если вам так неймётся! Я всё ещё дознаватель, и имею полное право начать допрос без Родстайна… итак…
– Начнём, – шепнул монах, встал на цыпочки и дёрнул за конец цепи.
Природные нити вещества, сплетающие цепь, вмиг расплелись и огненными плетями хлестанули во все стороны. «Пауков» и палача отшвырнуло к дальней стене, доску с Йаном сорвало с креплений и бросило на монаха… нет! Йан с изумлением увидел, как ненавистное лицо сминается, оплывает, волосы резко удлиняются – и перед ним уже та самая ведьма, которую он ударил камнем. Швыряет что-то в стену с окном, стена разлетается, как от порохового взрыва. Над головами свистит и воет…
Йера фыркнула – наставники попытались заплести каждый свою атаку, но только помешали друг другу, спутав нити. Подхватить доску – как эти идиоты ещё не разгадали секрет левитации? – и вперёд, сквозь пробоину в стене!
Сзади полыхнуло золотом, видно, Тидер прорвался сквозь хаос, и полоснул лучами, наплевав на коллег вокруг. Поздно, поздно! Ведьма пару раз чуть не перевернулась на непривычной плоскости, но быстро стабилизировала нити и взмыла ввысь.
Ещё выше, скрыться в низких облаках. Мда, вот на пыточной доске она ещё не летала. Грязная какая, в пятнах, так, не отвлекаться, главное – студиоз. Хорошо, что привязала, иначе точно сверзился бы. Еле живой, голова болтается. Йера сгребла его за грудки, крепко тряхнула:
– Где Грань?
Молчание. Хоть бы концы не отдал тут, иначе тупик. Может, парня уже обрабатывали ночью? Йера прижала ладонь к его солнечному сплетению. Нет, просто переохлаждение и шок. Ну, это просто. Подтолкнула.
Йан почувствовал, что по жилам пробежал огонь. Как браги хлебнул – потеплело, в голове прояснело. Вокруг плавает густой серый туман, сыро, но не так, как в подземелье. Ведьма тут же вцепилась в него:
– Скажи немедленно, где Грань!
– Что?
– …, нож! Который тебе дал Моннер!
Как это давно было, будто годы прошли.
– На Центральном мосту. В щели под перилами.
– Ты говорил об этом кому-нибудь?
– Нет.
– Точно? А дознавателям? Тебя уже допрашивали?
– Нет.
– Отлично! – Йера отпустила студиоза и ослабила верёвки. – Теперь держись.
– А…
От рывка Йан чуть не прикусил язык. Сначала показалось, что они рухнули вниз, но нет, ведьма ловко пикировала на «летательном средстве». Доска вынырнула из тумана и понеслась к крышам города.
Спустя несколько ударов сердца они уже кружили над Центральным мостом. Луфы с воплями разбегались, кто-то даже сгоряча прыгнул в реку.
– Где?
– П-по центру…
Доска зависла над центром моста. Йера соскочила на мостовую, дёрнула студиоза:
– Слазь и живо ищи! Эй, чего вытаращились, проваливайте!
Самые любопытные луфы, которые задержались на краях моста, отхлынули, а после разряда молнии ринулись бежать с воплями: «Ведьма! Дьяволица в городе!»
Йан на четвереньках полз вдоль перил, добросовестно обшаривая каждую щель. Нет… нет… О, Дьяволица, это хоть та сторона?!
С одного конца моста донёсся юный, но очень решительный голос:
– Кайся, ведьма, пришёл твой смертный час!
Двое «пауков» в жёлтых холщовых рясах, низшая ступень. И явно не «жнецы», те бьют, не разговаривая. Йера уже свела пальцы в нужной фигуре, но с другого конца моста послышался топот копыт и знакомый вдохновенный голос:
– Не бойтесь, мирные горожане! Райцер Винноморский защитит вас!
Тьфу. Йера с почти физической болью оглянулась.
– Йе…
Рыцарь не успел договорить – невидимая рука сдёрнула его с коня, протащила в воздухе и швырнула под ноги ведьме. Одну из ног ведьма немедленно поставила на грудь рыцарю.
– Эй, «пауки»! Предупреждаю, если вы меня тронете, этот знатный дворянин тут же умрёт!
Юнцы заколебались. У них ещё не накопилось ни опыта, ни презрения к луфовским жизням, зато заветы Священного Текста о Церкви и наставниках-пастырях ещё не выветрились.
На севере что-то ослепительно полыхнуло жёлтым. Раз, другой…
– Нашёл!
Йера выхватила ножик из рук студиоза. Жадно осмотрела и расхохоталась, как безумная. Ей вторил гром.