– За мной пришли. Стража.
– За что?!
– Не знаю, представьте. Но раз пришли, отпустят вряд ли. – Глесс отчаянно глянул в окно, но даже в возрасте Йана сигать с такой высоты на булыжную мостовую было бы чревато.
Сапоги с железными набойками уже грохотали на лестнице. Йан кинулся к двери, задвинул засов. Отчаянно оглянулся, ища лазейку или нишу, и одновременно касаясь нитей – есть ли тут материалы, с которыми он может справиться? Дерево. На корабле он с десятого раза залатал трещину в мачте…
– Сюда!
Под крики, похожие на ругань, и нетерпеливый стук в дверь Йан затолкал Глесса в нишу между шкафом и стеной. Положил пальцы на переднюю стенку шкафа, потянул структуру дерева на себя – и на глазах профессора доска растянулась, закрыв учёных мужей в нише, как продолжение створки шкафа.
Вовремя. Грохнуло – двери комнаты выбили. Незваные гости с разочарованными воплями затопали взад и вперёд. Зазвенело разбитое стекло. Кто-то заглянул и в шкаф, переворошил платья, но без толку. Бесконечно долгие мгновения Йан с профессором прислушивались к гвалту за деревяшкой… Наконец, голоса схлынули вниз по лестнице.
– Решили, что я сбежал через балкон, – перевёл Глесс и обессилено привалился к стене.
– А они не сказали ничего о поводе этого визита?
– Что-то, связанное с моей службой герцогу. Он покровитель наук, именно для него я делал трубу, что на балконе.
– А что за труба?
– Позволяет видеть вдали предметы, неразличимые простым глазом. Полезно, знаете ли, при наступлении неприятеля, или в порту…
– То есть какая-то магия? Вы колдун?
– Нет! В отличие от вас, господин богослов.
Йан смутился и завозился с доской. Колдовать в панике у него получалось явно лучше.
– Вы меня выпустите?
– О, поверьте. Этот закуток слишком напоминает мне каменный мешок, чтобы тут сидеть.
Наконец доска разломилась, Глесс рванулся в комнату и горестно вздохнул. Бумаги были раскиданы по полу и затоптаны. На пороге балкона валялась труба, рядом блестели осколки.
– Я шлифовал её стёкла несколько месяцев. – Профессор отвернулся и принялся спешно собирать бумаги.
Йан попытался стянуть осколки воедино, но не преуспел, со стеклом ему ещё не приходилось работать. Вязкая структура… Эх, а Йера точно смогла бы. Или тот дознаватель.
– Юноша, я вам бесконечно признателен за помощь. – Глесс засунул толстую пачку бумаг в сумку, порылся в ящике стола и бросил к бумагам странные, маленькие глиняные горшочки. – И поскольку мне кажется, что вам тоже не стоит задерживаться в Альетте, позвольте отблагодарить вас той же монетой.
– Что вы, мне ничего от вас не нужно.
– А выход?
Глесс неожиданно лукаво подмигнул и поманил гостя за собой. Прошёл мимо опешивших слуг, властно кивнул на осколки и сказал что-то, судя по тону – приказ убрать.
Через кухню они вышли на другую улицу и замерли. На углу маячил стражник с копьём. Глесс нервно сплёл пальцы:
– Ваше мнение, коллега: как устранить это препятствие?
– Предлагаю призвать на помощь свободные искусства, – в тон профессору ответил Йан.
На шум, поднятый стражниками, уже сбегались зеваки, и первые из них – студиозы. Йан поднял камушек, прицельно запустил в спину бывшему собрату по учёбе, и завопил:
– Стража бьёт студиозов! Студиозов хватают! Вперёд!
Собратья не подвели, и стражников так качественно втянули в потасовку, что Йан забеспокоился – уж не спровоцировал ли он народные волнения. Зато беглецы под шумок незамеченными преодолели несколько кварталов. Йан пытался запомнить все повороты длинных проулков с развешанной над головами стиркой, но не преуспел.
– Нам далеко идти?
– К остаткам букколийских стен за Центральным собором. – Глесс кивнул на огромный купол, маячивший над крышами. – Я читал, что там есть ход.
– Э… Только читали?!
Профессор молча ускорил шаг. Ветер бросил в лицо беглецам многоголосый говор, и следующий поворот вывел их на угол соборной площади. Глесс заспешил было в обход, но не успел миновать боковые двери, как оттуда прямо навстречу вышел старик в бурой мантии с нашитым на груди святым знаком. Следом шагали несколько стражников.
Отступать было поздно.
– Вот ты где, Глесс Дирский! – торжественно воскликнул старец. Колючий фанатичный взгляд вкупе с форменной мантией внушал двойной ужас. – Может, ты идёшь сдаваться?! Правильно, от нас тебе не уйти.