– Увы, я не замерял этот ход с клепсидрой. Если план начерчен в правильном масштабе, к закату мы должны выйти далеко за околицей Альетты.
По требовательному урчанию желудка Йан определил время ужина и уже слегка запаниковал, когда наконец задул сквозняк, пламя свечи заметалось и беглецы упёрлись в полукруглые стены сухого колодца.
– Господин богослов, вся надежда на вас, – тоскливо сказал Глесс, глядя вверх. Каменная кромка виднелась на высоте трёх ростов.
Йану удалось подтянуться на невидимых нитях и вытащить спутника, но руки свело судорогой. Кажется, Йера предупреждала, что слишком много колдовать нельзя. Зато Глесс воспрянул духом, оглядывая зелёный луг в вечерней молочной дымке, длинные холмы и дальние зубцы гор.
– Куда вы отправитесь дальше, профессор?
– Судя по очертаниям того перевала и горы рядом с ним, там дорога на Мерцарию и дальше, на Дир. В одном из придорожных сёл живёт мой давний друг и ученик, попробую навестить его. А вы?
– Не знаю. Заночую в поле, а на рассвете подумаю.
Почему-то Йану не хотелось идти с профессором. Чувство общности распалось, истаяло. Он – колдун. Остро хотелось побыть в одиночестве и обдумать всё произошедшее.
– Тогда удачи вам, юноша, где бы вы ни были и кем бы ни были.
– Взаимно. Да будьте хранимы от бед и горестей.
Йан проводил взглядом фигуру в чёрном костюме и побрёл наугад в другую сторону. Спустился в разлогую балку, отыскал приземистый стелющийся кустарник и с наслаждением растянулся на нём. Солнце скрылось за зубчатым горизонтом, в белесо-синем небе проклёвывались первые ночные сполохи.
Он – колдун, и права была Йера, никуда от этой судьбы не деться. Надо бы учиться. Не так, как у Креса, конечно, с клятвой верности, но придётся искать «своих». Это – новый жизненный путь, против закона, да всерьёз, а не клубни втихаря дёргать ночью за околицей.
– Что ж, Дьяволица… Взываю к тебе, твой новый адепт. Интересно, есть к тебе особые молитвы, или так услышишь?
Темнело, и в балке явственно холодало. В тишине только ветер шелестел луговыми травами… Или нет? Какой-то протяжный звук долетал с редкими порывами. Йан прикинул, что на преследователей это не похоже, и решил двинуться в ту сторону. Может, там жильё, какие-нибудь пастухи, что слыхом не слыхивали о сегодняшней заварушке в городе, и «бедного пилигрима» приютят. А то даже в этих тёплых краях осенняя ночь суровее летней.
Протяжный звук ширился, креп, разбивался на высокие и низкие звуки, и Йан уже мог разобрать мелодию. Кто-то играл на скрипке, причём отлично, самозабвенно. Жилья, правда, никакого не было и в помине, наоборот, пришлось продираться через кущи. Взобравшись на очередной холм, Йан наконец увидел: под огромным и светлым от всполохов небом тлел костерок, а возле него сидел, поджав ноги, скрипач.
Полюбовавшись видом, Йан принялся спускаться к музыканту. Мелкие камушки с шорохом посыпались вниз. Мелодия оборвалась, скрипач вскинул голову и увидел фигуру на склоне. Шевельнул кистью…
И теперь Йан, наконец, понял, как маги с «пауками» вычисляют друг друга – он почувствовал всем телом какое-то шестое, тянущее чувство, когда кто-то рядом касается нитей.
Быстро же Дьяволица откликается на зов!
Глава 21
Йан перехватил ползущую к нему по земле невидимую плеть и замер. Скрипач – тоже. Йан поспешно сказал:
– Я пришёл с миром, я такой же колдун, как и ты.
Скрипач мотнул головой: не понял. Но по спокойному приветливому тону заключил, что драки не будет (по крайней мере, пока), и незримые плети растаяли. Йан ободрился и повторил фразу по-нимуански.
Колдун-скрипач опять мотнул головой, но подвинулся, кивнул на место рядом у костра. Йан поспешил воспользоваться приглашением, тем более что разглядел над углями прутья с чем-то нанизанным и унюхал запах подгоревшего мяса.
Вблизи оказалось, что у колдуна тёмные кудрявые волосы, тёмные глаза и нервная, невесёлая улыбочка. Он поднял с углей прут с нанизанными мелкими рыбёшками, протянул гостю.
– А ты? – Йан указал на рыбу и на колдуна.
Тот помахал ладонью: мол, не хочу, уже сыт.
Йан не спеша обгрыз рыбу, продумывая варианты «разговора». Затем прутиком в золе начертил примитивного человечка, от рук которого лучами расходились полоски. Указал на себя, на собеседника и махнул рукой на горизонт:
– Знаешь ещё колдунов?
Тот неожиданно энергично закивал. Вскочил на ноги, хлопнул – и из темноты к нему на ладонь упала ветка дерева толщиной с руку. И осталась висеть в воздухе.
Скрипач таращился на Йана, будто ожидая чего-то. Нетерпеливо указал на себя, летучую ветку, на Йана, опять на ветку. Йан понял: ему предлагают лететь, и виновато развёл руками – мол, не умею!