Чувство идиотизма всей системы нарастало так остро, что даже у закалённого хмельными дискуссиями экс-богослова закружилась голова. Версия Тидера плохо согласовалась с пыточными камерами, но Йан уже осознал: выбора у него больше нет. Уронил голову на руки:
– У-убедил, я тоже хочу всем добра. Что ты со мной сдел-лаешь?
– Мне бы нужен адъютант. – Почти искренне сказал, ведь и правда нужен. Без Вальца до сих пор непривычно, а теперь даже квартирной хозяйки нет. – Тут такие… сам полюбуйся!
И кивнул на окно. Там двое круглолицых косоглазых монахов сметали в кучу опавшие листья. Безрезультатно – от неловких широких взмахов мётел листья только больше разлетались в стороны.
– Вы что творите! – Тидер запнулся, пытаясь сформулировать свое впечатление от горе-работничков, не смог и сказал только:
– Идиоты!
Йан ещё немного подумал. Что-то забыл. Важное. А!
– Так что с ведьмами будешь делать?
Тидер достал из кучи бумаг карту Нимуанса.
– Всё, что ты увидел, это отметка у замка Алоквейст, хм. Он большой, древний, далеко на юг от Лестеции… странный выбор. Почему не столица? Не приграничье, не порты? Знаешь, полети-ка ты туда. Далеко, но на своём помеле ты успеешь вовремя. А второе отдашь мне, я разберусь с принципом.
***
На закате протрезвевший Йан привёл Тидера к лесному оврагу с летучими ветками. Умостился на своём, описал показательный круг над головой «паука», и напоследок поинтересовался:
– Как думаешь, Вершитель и Дьяволица правда есть, или это сказки?
Тидер поднял брови:
– Нас учат, что после смерти каждый человек становится частью либо Вершителя, либо Дьяволицы. От числа праведников и грешников зависит…
– …кто из них сильнее, и как долго просуществует наш мир, ведь как только возобладает Дьяволица, мир рухнет, я знаю, богослов как-никак. Ну и?
– Так вот, я думаю, мы – часть Вершителя или Дьяволицы ещё при жизни. Моё рекомендательное письмо надёжно положил? Отлично. Хорош болтать, лети разбираться с Алоквейстом.
Экс-дознаватель проводил взглядом точку в небе. Хотел было в одиночестве дать волю чувствам, но по привычке сдержался, только скривил губы сардонически и прошептал:
– Предупреждать. Их. После всего, что натворили Ульцих, Арестис и все их приспешники! Я предупрежу… но не всех. Только наших. Пусть ведьмы снесут эту гнилую верхушку Церкви… и впервые я, я! – желаю им удачи. Мальчишку, правда, жаль, рекомендация от меня погубит его гарантированно… Так, Вершитель с ним, сначала отправлю приказ своим в Лестецию, потом в Биллер…
Глава 23
На юге страны было ещё тепло, хоть осень и сорвала уже листья с крон. Йан с сожалением затолкал помело вглубь раскидистого, облетевшего куста. Если прилететь в Алоквейст на дьяволицки зачарованной ветке, его и слушать не станут, повяжут как колдуна. Даже пролетать над окрестностями небезопасно.
Эх, коня бы.
Лесная дорога была накатанной, здесь явно проезжали недавно и много людей. Если…
Мысли перебил свист, и стрела впилась в дорогу прямо у ног Йана.
Хриплый голос рявкнул:
– Стоять!
Из-за деревьев выступили пятеро, двое вели на поводу коней. Профессионально прятались, видать, давно промышляют на этой дороге. Одеты хорошо, но пёстро: бархатные камзолы дворян, кожаные штаны рыцарей, пёстрые лакейские шапки с перьями… Тощие лица, и колючие наглые взгляды разбойников.
Одинокого путника они совершенно не боялись. Главный, поигрывая длинным мясницким ножом, подошёл к жертве:
– Монах, что ли?
Йан молчал. Как бы объяснить им, чтоб проваливали по-хорошему.
– Немой монах? Ничего, ещё запоёшь. Говорят, у вас в монастырях денежки водятся. Может, ты несёшь чего с собой, а?
– Ничего у меня нет. – Йан смотрел в лицо главаря и понял, что в любом случае его будут бить. Долго, мучительно. Просто потому, что чувствовать себя сильней кого-то – главное их развлечение. С точно такими лицами и нравами он уже сталкивался в городе, студиозом.
– А если проверю и найду?
– Лучше уйди с дороги. И коня отдай, мне как раз нужен. – Йан требовательно протянул руку к поводьям.
– Какой борзый, – в голосе главаря мелькнуло беспокойство. – С чего вдруг?
– Вот с чего!
Ещё с детства, будучи тощим книжным мальчишкой, Йан мечтал «задать» обидчикам с тяжёлыми кулаками. А мечты-то сбываются!
Простая силовая волна отшвырнула главаря вместе с ножом, припечатала к дороге, проволокла. Остальных тоже расшвыряло веером.
– Паук!
Йан насладился зрелищем панически бегущих татей, подхватил брошенного главарём коня под уздцы. Конь явно привык к частой силовой смене владельца, и только повёл ушами.