Глава 16
Теплые августовские воды Даугвы пахли сыростью, рыбой, тиной, и еще чем-то натуральным, природным, отчего не хотелось уходить и вставать с песка, обуваясь в сапоги. Лучше провести здесь время до утра, любуясь звездами и отмахиваясь от комаров. От порогов доносился негромкий гул.
Федор позволил себе небольшую самоволку. За ночной вояж к реке его вряд ли кто накажет, потому что сам Брусилов сидел рядом и курил. А неподалеку полувзвод пластунов с пистолетами-пулеметами охранял их покой, а заодно — штабной «Руссо-Балт» командующего фронтом.
Предосторожность была не лишней. Жандармерия тремя днями ранее схватила группу латышей, заподозрив их в шпионаже. У одного из арестованных обнаружилась прошлогодняя французская газета. Фото «месье Юсупова-Кошкина» красовалось на первой полосе.
Вот такая жизнь — постоянно на мушке врага, изрядно изматывала. Снимать напряжение, напиваясь в хлам, Федор считал ниже своего достоинства и довольствовался малыми радостями жизни.
— Искупаемся, Алексей Алексеевич? — предложил он Брусилову. — Коль германец близко подойдет, там — не до купаний будет. Да и осень на носу.
— Вы уж сами, князь. На песочке посижу. Хорошо-то как!
Теплая вода пощекотала икры до колена, смывая с ног усталость… Но умиротворенное состояние исчезло, когда вдали послышалось гудение моторов аэропланов.
— Что за хренотень? — заволновался Друг. — Допустим, в моем мире самолеты летали днем и ночью — одинаково. Здесь же…
Аэропланы прошли над ними низко, на миг угольно-черные крылатые тени заслонили звезды. Видны были вспышки в выхлопных патрубках моторов. Курс держали четко на Огре. Как только пилоты ориентировались в темноте?
Федор выскочил на берег, Брусилов тоже подхватился.
Со стороны Огре началось…
Вспышка! Через пару секунд — ба-бах! Раскат грома, словно взорвался фугас слоновьего калибра. Потом другой. Небо перечеркнула молния, хоть грозы не было и в помине.
Издалека донеслись крики.
Аэропланы вновь проплыли над рекой, теперь — в сторону немецких позиций.
Федор торопливо натянул сапоги, ощущая пальцами прилипшие песчинки, и бросился догонять Брусилова, спешащего к машине.
Около Огре тот приказал водителю притормозить. Князь выругался.
Нетронутыми остались ратуша, где расположился штаб кавалерийской дивизии, костел с армейским наблюдательным пунктом на колокольне, строения монастыря, превращенные в госпитальные палаты.
Удар пришелся по казармам. От стен не осталось и половины, крыша провалилась. Языки пламени лизали быстро темнеющую беленую штукатурку с черной полосой — явной отметиной электрического разряда высокого напряжения.
Не нужно быть Шерлоком Холмсом, чтоб восстановить картину: кинетик врезал по кровле, вдавив ее внутрь жилья, огневик подпалил — ровно так же, как загорелся недавно хуторской дом с германскими магами, потом, на закуску, сюда долбанул владеющий электрическим Даром.
— Только что новый мундир построил. Сгорел к чертям собачьим вместе с черкесской! — возмущался Федор.
В халате, наброшенном на плечи, он выглядел чрезвычайно мирно. Пластуны на судьбу не жаловались. Наоборот — крестились и благодарили бога, что загорали под звездами у реки, а не испеклись заживо.
Командующий критически осмотрел Федора и огорчил своего водителя:
— Снимай тужурку, Фрол. Прикажу тебе другую завтра выписать. Уступи его высокоблагородию.
Шофер со вздохом разоблачился, протянув Федору кожаную куртку — почти новую.
На том расстались. Пластуны с князем отправились искать временное пристанище, генерал покатил в Ригу: в шесть тридцать ему предстоял доклад у императора.
Как несложно было угадать, высочайшая аудиенция началась с разноса. Георгий рвал и метал, услышав о ночных налетах на Ригу и ближайшие городки. Немцы в преддверии решающей битвы шли на крайний риск ночных вылетов, днем потери аэропланов были слишком велики. Русские истребители, стреляя через винт, лихо очищали небо от германцев. Те такого делать не могли и не понимали, как это возможно.
От взмаха царственной руки большая карта, расстеленная на столе, вдруг вспорхнула в воздух, сбрасывая с себя фигурки людей, всадников и пушек — в гневе царь не контролировал свой дар.
— Отряд Юсупова-Кошкина не пострадал, Ваше Императорское Величество, — осторожно ввернул Брусилов, когда громовержец несколько утихомирился. — Готов к походу.
— Он по-прежнему ищет случая сунуть голову в пасть дьяволу? С радиостанциями на аудионах — не лучше ли наводить огонь артиллерии с аэропланов?