Почти сразу к Онее из толпы вышла Риза. Она так же была слегка бледной, и все же выглядела намного лучше остальных.
- Привет, ты как? - спросила ее Онея.
- Судя по всему, - с милой улыбкой произнесла Риза, - я сделала правильно, что ушла раньше, чем вы закончили гулять.
- Рада за тебя.
- А ты то как? - обеспокоенно спросила Риза, - когда я уходила, у вас царил полный погром.
- Ну, в общежитии все так же, а у нас чистота и порядок.
- То есть как? Ты всех ночью поставила к стенке и приказала убираться, иначе расстрел на месте?
- Не совсем так, но я возьму этот вариант на вооружение, - одобрительно покачала головой Онея.
- Что ж, твой Касс умеет создавать себе репутацию, - усмехнулась Риза, - теперь все будут говорить только о нем еще неделю.
- Боюсь, ему это вряд ли поможет удержаться в институте, - покачала головой Онея.
- Что ты имеешь в виду? - не поняла Риза.
- Сегодня утром к нам приходила Пиренус. Она увела Касса с собой. Его хотел видеть ректор.
- Ого... - протянула Риза, - жаль, еще одним творческим бунтарем в наших рядах меньше. Так мы революцию в искусстве еще не скоро устроим. Хотя ему стоило быть осторожнее.
В этот момент они проходили мимо большой толпы студентов, которые кого-то напряженно слушали. Онея не сразу разобрала, кто и о чем говорит, однако, когда они подошли ближе, она сразу признала голос Гедионы, который вещал на массы, собравшиеся вокруг него.
- ... и теперь его выгонят отсюда! Таким, как он, здесь не место. У нас высшее культурное образовательное учреждение, а он позорит его. Я не могла позволить такому случиться. Мой отец узнал о том, что этот оборванец устроил в нашем общежитии и уже связался с нашим ректором. Больше нам не стоит беспокоиться о том, что такие личности нарушают наш покой.
Онея не могла спокойно пройти мимо такого. Ей не позволяла сделать этого совесть. Хоть Касс и был всего лишь дальним родственником, которого она давно не видела, все же она не могла допустить, чтобы так говорили у него за спиной. Она, не смотря на попытки Ризы остановить ее, протиснулась через собравшееся множество учащихся и вышла прямо к Гедионе. Та сначала не заметила ее и с радостью взирала в глаза публики, не обращая внимание при этом, что между ними прокатывались короткие смешки во время ее пылкой речи.
- О, привет, - небрежно сказала Онея, привлекая внимание Гедионы, - как ты после вчерашнего, хотя... ах да, тебя же не пустили вчера к нам. Не прошла фэйсконтроль, так сказать.
Воспоминания об оскорблении, которое ночью нанес ее Касс, нахлынули на Гедиону, и она тут же вспыхнула красной краской на щеках. Ее глаза заблестели и впились прямо в Онею, словно пытались прожечь ее насквозь.
- Да как ты смеешь! Я и не пыталась к вам попасть! Ты видимо, вчера перепила с этим своим родственником! Теперь ясно, в кого ты у нас такая.
- Такая умная? Да, это у нас родственное. А вот тебе видимо досталось по генам самое худшее, не повезло, жаль... - Онея печально покачала головой.
- Как бы там не было, его теперь исключат, и ему уже ничто не поможет. Мой отец не допустит, чтобы он оставался здесь. Все кончено, не успев начаться, чтобы ты не сказала.
Гедиона развернулась и прошла мимо Онеи, гордо подняв голову. Онея бросила ей вслед быстрый взгляд. Она не могла позволить ей так просто уйти. В следующий момент она сделала едва заметный жест рукой. Дальше последовала цепь событий, которой Онея никак не ожидала, произнося заклинание.
Гедиона не успела сделать и пяти шагов, как неожиданно ее длинная юбка, украшенная несколькими подборками, задралось наверх, словно снизу на нее подул сильный ветер и покавзав детские трусы с фотографией известного поп-певца. Это тут же вызвало взрыв эмоций у публики, которая еще не успела разойтись.
Онея рассчитывала, что на этом все закончится, но все оказалось не так. Громкий смех сбил Гедиону с толку. Юбка оказалась настолько длинной, что закрыла ее глаза, и она уже не видела, куда идет. В этот момент с лестницы, ведущей в подвальные помещения, вышла пожилая массивная преподавательница с очень строгим, презрительным взглядом, который мгновенно изменился, когда она увидела, что на нее несется какая-то девушка, задрав юбку.
Изо рта преподавательницы должен был сорваться вскрик недоумения, но она не успела сделать даже этого. Гедиона сбила ее с ног, они обе заскользили на мраморных ступенях, и в следующий момент понеслись вниз. Грохот стоял страшный и закончился он длительным стоном Гедионы.