Не дав собеседнику времени на размышление, демон щёлкнул пальцами, и фигуру юноши охватило багрово-чёрное пламя – настолько сильное, что сбило его с ног. Он с воплями покатился по земле, но пламя исчезло так же быстро, как и возникло, не причинив ему видимого вреда.
– Повторяю, не опаздывай, ключ! – предупредил демон, снова ставший невидимым.
– Ты хотел сказать отмычка… насмешливо бросил юноша, протирая запорошенные глаза.
Странные ощущения и голос, понизившийся на октаву, заставили его вскочить на ноги.
– Эй-эй! Постой, Светозар! Ты это о чём?.. Что ты задумал, проклятый демон?
– Скоро поймешь, – прогрохотал демон.
– Иди ты на фиг, я не нуждаюсь в твоей благотворительности! – выкрикнул юноша, заподозривший недоброе.
Он растерянно похлопал себя по груди и расстегнул молнию на джинсах. Собравшись с духом, он глянул вниз. «Блин!» В его глазах хищной птицы загорелась ярость.
– Чтоб ты сдох, паскуда!.. Немедленно верни всё как было! – раздался отчаянный крик.
С высоты загремел издевательский хохот.
– Всегда знал что вы, люди, неблагодарные твари! – донесся снисходительный голос демона. – Полно расстраиваться! Всего-то дел, что видимое стало реальностью. Зато теперь нет нужды опасаться, что кто-то разоблачит твой обман.
– Мерзавец! Выродок! – юноша даже взвизгнул от злости. – Сам ты неблагодарная тварь! Светозар, попомни моё слово, ты ещё пожалеешь о своей подлянке!
Он ещё долго бушевал и бегал по поляне, нелепо размахивая руками, но демон больше не отзывался. Тогда он упал на землю и бурно, совсем по-девчоночьи, разрыдался.
ГЛАВА 1
В мире «Тысячи и одной ночи»
Во имя Аллаха. Милостивого, Милосердного
Скажи, Мухаммед: «О, неверные!
Я не поклонюсь тому, чему вы поклоняетесь,
А вы не поклонитесь тому, чему я поклоняюсь.
Вам ваша вера, мне же – моя вера![4]»
Плохо зная местные обычаи, юноша старался лишний раз не рисковать и шёл к своей цели – загадочному Ночному королевству – в обход оживлённых трактов. После целого дня утомительной ходьбы по бездорожью найденный заброшенный сарайчик показался ему царскими палатами. Одолеваемый усталостью, он соорудил себе лежак, но голод и ночная прохлада не дали ему как следует уснуть и до рассвета выгнали его на улицу.
Небольшая чистая лужа у хибары показалась ему подходящей для умывания, и он плеснул себе в лицо пригоршню ледяной воды.
«Брр!» – выпрямившись, юноша с озабоченным видом похлопал себя по карманам, а затем залез за пазуху и на его ладони появились несколько разнокалиберных монеток. «Н-да, не густо! – резюмировал он, перебрав их несколько раз. – Сколько не пересчитывай, больше всё равно не становится, – на заспанной физиономии появилось унылое выражение. – И почему у денег такое сволочное свойство? Сколько их не экономь, они всё равно заканчиваются». После этой философской сентенции, полезной для ума, но бесполезной для желудка, он тщательно припрятал свой драгоценный запас и огляделся окрест.
Богатое село, расположенное у оживлённого тракта – он вёл в Адис, столицу халифата Перси – внушало ему большие надежды по части скорой поживы. В синеющих предрассветных сумерках он пробрался к одному из добротных домов на окраине села и, пригнувшись у высокого забора, насторожённо зыркнул по сторонам.
Царящая кругом мирная сельская тишина, не нарушаемая пением горластых будильников, успокоила его, и он ловко сиганул во двор крепкого рубленого дома.
Но особо поживиться в хозяйских закромах ему не удалось. Вскоре на резном крыльце показалась растрёпанная рослая деваха в полотняной белёной рубашке. Она спустилась во двор и, зевая во весь рот, двинулась к укромному местечку в кустах. Как вдруг её взгляд упал на незваного гостя, который шарил в их летней кухоньке как у себя дома. Когда этот возмутительный факт дошёл до сознания девки, её сонные глаза загорелись праведным гневом. «Держи ворюгу!» – заорала она и, схватившись за дреколье, с оглушительным визгом ринулась на ворога.