– Дак степняки мы, пан. Вольный люд, – парень протянул руку. – Иваська Головатый, куренной атаман казаков, – представился он.
Хоть это было нелегко, Юлиан с честью вышел из нелёгкого испытания и выдержал пытку рукопожатием. Он даже не поморщился: во всяком случае, ему так показалось.
– Барон де Фальк, к вашим услугам, – представился он в свою очередь.
На физиономии казака появилась уважительное выражение.
– Рад знакомству с таким выдающимся паном, – произнёс он учтивым тоном.
Чтобы понять, насколько он искренен, Юлиан присмотрелся к новому знакомому. Несмотря на простоватый вид, хитринка в глазах парня выдавала недюжинный ум, а ещё в его лице и повадках было что-то очень располагающее к нему.
Он тепло улыбнулся.
– Шутишь, атаман? Скрутил меня как младенца, я и пикнуть не успел.
Уперев руки в боки, Головатый захохотал.
– Так мне, пан, ваши фокусы не внове. Я их испытал на своей шкуре от одного шустрого господаря. Не смотри, что изнеженный красавчик, такого мне жару задал, что до сих пор стыдно.
– Светловолосый и синеглазый? – уточнил Юлиан.
– Ага! Неужто и ваш знакомец? – удивился казак.
– Ну, да! Это мой учитель в рукопашном бою граф де Фокс.
– Точно! Было что-то лисье в прозвище того господарика. Гляди ж, как тесен мир! – обрадовался Головатый и, дружески положив руку на плечо юноши, предложил: – Айда к нам, хлопец. Драчка всё едино уже подошла к концу. Не побрезгуй с нами выпить да закусить.
– Спасибо. Только давай обговорим мой выкуп. Доспехи забирай, но коня я тебе не отдам. Скажи, сколько хочешь монет за моего Ганнибала.
Казак хитро прищурился.
– А вот выпьем чарку другую, а там и решим, какой брать с тебя выкуп.
– Договорились! – не стал спорить Юлиан, и они двинулись к шатрам, где своим куренем расположились казаки.
Выступление действительно уже подходило к концу и многие из них отдыхали или в преддверии предстоящего путешествия, занимались неотложными караванными делами, – ведь бог торговли не терпит разгильдяйства.
При виде гостя казаки переглянулись, а затем шумно загомонили и всей толпой ввалились в шатёр атамана.
Увещевания Головатого не помогли. Несмотря на тесноту, никто не хотел уходить. Тогда не мудрствуя лукаво, стены шатра убрали, оставив одну только крышу.
По-восточному гостеприимный народ вывалил на столы всё, что имелось из съестного, и вскоре закипело безудержное веселье, к которому непрерывно кто-то присоединялся со стороны.
Праздничная попойка приобрела невиданный размах, когда с большим трудом отыскали победителей турнира и, вручив им призы, препроводили за накрытые столы, расставленные прямо на ристалище.
У пьяного в стельку Юлиана остались крайне смутные воспоминания о самой церемонии награждения. Он помнил только, что вдруг перед ним возникла усатая недовольная физиономия герольдмейстера, в окружении долженствующего ему сопровождения. Но юноша ни за что не хотел уходить, впервые оказавшись среди тех, кто своим душевным теплом очень походил на его земляков с родной Земли.
– Барон де Фальк! – выкрикнул герольдмейстер, сорвавшись на фальцет, после того как исчерпал все приличествующие случаю способы привлечь его внимание. – Если вы нажрались как свинья, это ещё не повод отказываться от предназначенного вам триумфа! Вставайте, сударь!.. Вас ждёт праздничная процессия и, что гораздо важней, вас ждёт сам король! Немедленно забирайтесь в колесницу, если не хотите впасть в немилость у их величества!
Последний довод показался Юлиану убедительным.
– Если вы настаиваете, месье, я весь к вашим услугам, – пьяно икнув, отозвался он.
Поддерживаемый казаками юноша с трудом поднялся на ноги и, получив на голову лавровый венок от мадам де Ториньи, которую выбрали музой рыцарского турнира, он пошатнулся и упал в объятия побагровевшего герольдмейстера.
– Сударь! – взвизгнул он. – Что вы себе позволяете?!
– Пардон!.. Не нервничайте мой друг, – пробормотал юноша, стараясь хоть немного придти в себя. – Момент... блин! Подержите лавровый веник, а то я ничего не вижу… опля! – он пьяно улыбнулся и под хохот трибун с большим трудом взгромоздился на колесницу. – Вот я и на месте… Щас примем героический вид и порядок! Дайте венок!.. – на его физиономии появилось победное выражение. – Вуаля! Я же говорил, что всё получится!
Каким-то чудом Юлиан удержался на ногах, пока они свершали круг почёта и даже умудрился вручить Цветанке корону королевы турнира. Правда, ему не сразу удалось подцепить золотой узорчатый обод остриём копья, которое ему подал расторопный оруженосец. К счастью, предусмотрительный парнишка тут же забрал его обратно, опасаясь, что хозяин кого-нибудь спьяну пришпилит к трибунам, и не приведи боги, если это окажется его горячо любимая жена.