– Не наш случай, – буркнул юноша. – За кого ты меня держишь? Я никогда не опущусь до рукоприкладства.
– Отец тоже ни разу не ударил маму, во всяком случае, при мне. Просто она была слишком робкой по характеру, а у него бешеный нрав. Чуть что не по нраву, и он крушит всё подряд.
Юлиан долго смотрел на приятеля.
– Ладно, убедил. Признаю, что я дурак, сбрендивший от ревности… спасибо, Курт, – он усмехнулся. – Знаешь, в бытность девицей я тоже не страдал излишком скромности. Как-то на спор устроил стриптиз под пьяную руку.
– Стриптиз?
– Ага. Публичное раздевание.
– Жаль я этого не видел.
– Знаешь, я бы тоже не отказался, – Юлиан сокрушённо ругнулся. – Но только не стриптиз в исполнении собственной жены.
Де Фокс засмеялся и, посмотрев на сцену, вдруг нахмурился.
– Тысяча чертей! Это ещё что? – рыкнул он.
– Что? Что случилось?
– Ну-ка, идём ближе!
Расталкивая плотные ряды стоящего простонародья, зачарованно взирающего на девушку, граф целеустремлённо двинулся к театральным подмосткам. Юлиан пожал плечами, но не стал спорить с другом и устремился следом за ним. Увидев, что девушка парит нал сценой, он всё понял и стиснул зубы, проклиная всё на свете.
Они пробились почти к самой сцене, и в это время Цветанка замолчала. С растущей тревогой Юлиан смотрел на то, как на личике его любимой появилось незнакомое выражение. Неуловимым движением она скользнула к самому краю сцены и обвела ряды зрителей надменным взглядом.
– Господа, надеюсь, вам понравилось моё представление? – сказала она, и в её голосе отчётливо прозвучало шипение. – Перед тем как расстаться, я хочу порадовать вас небольшим экспромтом.
Девушка привстала на цыпочки и, раскинув руки, устремилась к ночному светилу, утонувшему в кровавой дымке. На её лице появилось торжественное выражение, и она начала читать удивительно ясным звучным голосом:
Плачет луна. Её тонкий серп почти гаснет.
– Хочу умереть навсегда! Мне не быть солнцем! Никто не полюбит меня, сгорая в огне буйной страсти!
– О, Матушка, не умирай! Мы любим тебя, – простонали Дети Ночи.
Раздался ужасный рык.
– Наша Мать горюет! Не допустим её печали! Вампиры, танец Крови в честь нашей богини!
Гневно вспыхнули красные очи, оскалились пасти с белоснежными клыками, зашумел воздух, взбитый мощными крылами. В звёздном небе плавно закружились тёмные фигуры.
Пронесся грозный клич:
– Докажем нашей Матери, что мы её любим!
Жуткие ангелы мести обрушились на города и села. Закричали от ужаса люди.
– Принимай наши дары, матушка! – гордо выпрямившись, прошипели Дети Ночи.
Луна улыбнулась. Её бледный лик просветлел, и тонкий серп начал расти.
– О, мои любимые дети! Я не никогда не оставлю вас. Мы всегда будем вместе!
Призрачная дорожка потянулась к обескровленным телам, лежащим у подножия древнего храма.
– Просыпайтесь, дети, настало ваше время, - звучат тоска и нежность в призрачном зове. - Ах, мои дорогие, сердце снова рвётся от боли, станцуйте вы свой танец Крови.
Шатаясь, поднялись на ноги самые красивые юноши и девушки, принесенные в жертву. За их спинами бесшумно развернулись крылья с зубчато рваными краями. Протянув руки к луне, они взмыли в небо.
– О да, родная! Мы станцуем новый танец Крови!
Крылатая стая упала на несчастные земли и люди снова стали дичью.
Оторвавшись от своих жертв, юные вампиры подняли к небу перепачканные кровью лица.
– Матушка, ты довольна?