«Не сомневайтесь, научусь! – вскинулся де Фокс. – Конечно, если это возможно».
«Возможно, но не для человека».
«Тысяча чертей!»
«Не ругайтесь, молодой человек!»
«?»
«Уважайте имя Господа».
Вампиры перекрестились, и поражённый де Фокс вскочил на ноги.
– Это невозможно, вы же нечисть! – воскликнул он и Аделия, не прерывая колдовского речитатива, с удивлением посмотрела на него.
Мысленный разговор между вампирами и де Фоксом был недоступен остальным, но лишь она обратила внимание на их странное поведение.
– Кто это тебе сказал? – строго проговорил Рихард Адлигвульф. – К твоему сведению, мы добропорядочные христиане.
– Не может быть! – стоял де Фокс на своём.
– Что, дружок, мы выпадаем из вашего церковного канона? – ехидно заметил Раймонд Адлигвульф.
– Да уж! Не скажу, что вы вписываетесь в него, – буркнул расстроенный граф.
– Какой узколобый фанатизм, – внёс свою лепту Юлиан и при помощи Цветанки поднялся с пола.
Аделия тоже поднялась и, отряхнув юбку, смерила спорщиков насмешливым взглядом.
– Надо же! Какое огорчительное известие для христиан! Вряд ли они ожидали обрести в лице вампиров братьев по вере.
В тоже мгновение Раймонд Адлигвульф оказался рядом с ней, и его пальцы стиснули её горло.
«Не забывайся, ведьма! Одно неверное слово и тебе каюк».
«Пусти, скотина! – задыхающаяся Аделия с яростью глянула в горящие зелёные глаза. – Тварь!.. Будь вы хоть трижды христианами, для нас ведьм это не имеет значения!.. Я убью тебя!»
«Глупая еретичка! – вампир ухмыльнулся. – Интересно как?»
«Трусливые гиены, у которых нет ни совести ни чести! В хрониках говорится, что вы любите нападать исподтишка!»
«С вашим подлым племенем иначе нельзя. А вот за падальщиков ты ответишь!»
Зловеще сверкнув глазами, вампир взмахнул рукой. В мгновенно установившейся тишине пощёчина прозвучала особенно звонко. Лицо де Фокса, застывшего и к тому же онемевшего, исказила жуткая гримаса, но, несмотря на все свои усилия, он не мог сдвинуться с места.
Аделия отлетела к стене и, упав, схватилась за горло. Не в силах что-либо вымолвить она хватала ртом воздух, но вампир не дал ей передышки. Он снова оказался рядом и, схватив за плечи, вздёрнул её на ноги.
– Что же ты медлишь, ведьма? Ну давай, попробуй прикончить меня, а то будет поздно.
– Хватит! – вклинившийся между ними Юлиан отпихнул вампира. – Адлигвульф, угомонитесь! Вас не красит грубое обращение с женщинами. Хоть вы и вампир, к моему великому удивлению, но прежде всего вы рыцарь и дворянин. Я правильно понимаю?
– Де Фальк, не вмешиваетесь! Вы ни черта не понимаете! Ведьмы для нас не женщины, а извечные враги. Эти сучки уничтожили столько моих сородичей, что каждую из них я готов лично разорвать голыми руками, – прошипел Раймонд Адлигвульф и его глаза затянула кровавая дымка.
Видя, что вампир разозлился не на шутку, Юлиан примирительно улыбнулся.
– Сударь, не сходите с ума. Это дела давно минувших дней. Зачем ворошить прошлое, к которому вы не имеете отношения?
– Что?.. Ах, да! – Раймонд Адлигвульф зловеще ухмыльнулся. – Я и забыл! Ведьмы теперь живут немногим дольше обычных людей. Что ж, это им вполне заслуженное наказание, посланное Господом за их мерзкие прегрешения.
Юлиан удивлённо посмотрел на него.
– Хотите сказать, что вы лично участвовали в войне трёхсотлетней давности?
– Не скажу, но милостью Господа нам дарована длинная жизнь, – с гордостью сообщил вампир.
– Это сколько?
– Двести с лишним и это не предел. Кое-кто из стариков уже перевалил за триста.
– Господи! Адлигвульф, а вам сколько лет? – воскликнул поражённый юноша.
– Раймонд, не смей лгать! – предупредил брата Рихард Адлигвульф и слегка улыбнулся, видя обращённые к нему заинтересованные лица. – Конечно, мы не настолько молоды как кажемся, тем не менее мы не настолько стары, чтобы участвовать в той войне. Мы были детьми, когда ведьмы окончательно установили свой барьер, но кое-что мы помним.