***
Цветанка постучалась и, не дождавшись ответа, заглянула в приотворённую дверь.
Руника была одна. Отодвинув штору, она стояла у окна и за кем-то наблюдала. Со двора гостиницы доносились громкие мужские голоса, перемежаемые нетерпеливым птичьим криком, лошадиным ржанием, собачьим лаем и дружным смехом.
– Ханум, можно войти?
– Заходи, – не сразу отозвалась хозяйка комнаты.
Девушка вошла и тоже прислушалась к шуму на улице. Из общей какофонии её чуткое ухо тут же выделило знакомый голос. Она счастливо улыбнулась: «Удачной охоты, муж мой!»
В этот момент Руника обернулась.
– Сколько раз говорила, зови меня просто по имени! С твоим уважительным обращением я чувствую себя древней старухой, – резко сказала она и ткнула в направлении стола. – Сядь! Что ты стоишь как бедная родственница?
Улыбка сбежала с лица Цветанки, и она пожалела, что вообще пришла к Рунике. Судя по всему, она была не в духе. По пути к ней она отшвырнула несколько стульев, сбросила пояс, висевший на спинке одного из них, а затем пнула горку одежды, валяющуюся на полу. В результате её сапог запутался в батистовой мужской рубашке и она, выругавшись, рванула её и отбросила остатки.
– Хватит пялиться на меня как на буйно помешанную! – рыкнула она на девушку, и та с виноватой улыбкой поспешно отвела взгляд.
– Прости, я не хотела.
– Гляди, какая добренькая! Себя пожалей! – язвительно проговорила Руника, и на её лице со следами слёз и недавней пощёчины появилось стервозное выражение. – Курт хотя бы спит со мной, не то что твой муженёк. А чего ты ожидала от своего недоделанного инкуба? Может, у него вообще отсутствует нужный орган.
– Руника!
Укоризненно глядя на подругу, девушка вскочила с места.
– Что, правда глаза колет?.. Сядь! – Руника надавила на её плечо. – Сядь, тебе говорят! – Она бросила взгляд в окно и горестно вздохнула. – Дура ты и не лечишься! Если мальчишка не мычит и не телится, какого рогатого ты за него цепляешься? Ты же мусульманка. Разведись и подыщи себе нормального мужика, а то так и останешься целкой, без семьи, без детей…
– Хватит! – Цветанка снова вскочила нам ноги. – Как ты можешь!.. Обо мне говори, что угодно, но не смей обливать грязью моего мужа! – заикаясь от волнения, выпалила она. – И вообще, если ты злишься на весь белый свет, это ещё не повод вымещать на нас с Юлианом своё зло.
– Ах ты, леший! – Руника вгляделась в личико девушки, несмотря на гнев, сияющее внутренним светом. – Ну, наконец-то! Не прошло и ста лет, как твой муженёк всё же соизволил залезть тебе под юбку. Может, теперь у вас что-нибудь сладится, если твой недоумок вспомнил о своих мужских обязанностях… Извини! – она примирительно улыбнулась. – Да, ладно сверкать глазищами! Честное слово, я только рада за тебя.
– Неужели? – натянуто улыбаясь, Цветанка выбралась из-за стола и бочком двинулась к выходу. – Я пойду.
Руника поняла, что хватила через край и, подскочив к ней, с покаянным выражением обняла за плечи.
– Стой, дурочка! Я не хотела тебя обидеть! – Она виновато улыбнулась. – Пожалуйста, не уходи! Давай ещё немного поговорим, а то я выйду на улицу и прибью какого-нибудь первого встречного придурка.
Несмотря на всё своё добросердечие, девушка не испытывала ни малейшего сострадания к неведомой жертве, а вот подругу ей было жаль, и она осталась.
– Хорошо, я посижу с тобой. Всё равно делать нечего.
– Ну, и каков твой недоумок… прости, муж в постели? – спросила Руника и с зоркостью инквизитора уставилась в лицо своей юной подруги. – Конечно, если ты чего-нибудь не путаешь, и вы действительно занимались ещё чем-то, кроме обжимок и поцелуев, – насмешливо добавила она.
Припомнив, что с ней вытворял юноша, дорвавшийся до секса, Цветанка густо покраснела.
– Юлиан – настоящий мужчина! – с вызовом проговорила она. – Можешь больше не волноваться за своего графа!
Руника с сомнением посмотрела на неё, но всё же не удержалась:
– Поверь, некоторым мужчинам это не помеха. Поговаривали, что при старом короле знать не скрывалась как при Эвальде, нынешнем короле, и дворяне, склонные к этому пороку, держали целые гаремы из мальчиков-пажей.
– Не говори глупостей! – рассердилась Цветанка. – Юлиан любит лишь меня одну и если уж изменяет, то с женщинами!..