Глянув на арену, он присвистнул.
– Неплохо для средневековья!
Выступление началось с грандиозного парада-алле, в котором приняли участие ведьмы. Это было сказочное зрелище, но само первое отделение разочаровало Юлиана, поскольку было отдано настоящим цирковым артистам. Как и положено, в шоу-бизнесе, вкусненькое оставили на потом. Достаточно традиционное, оно не вызвало у него особого восторга, хотя в нем было много необычного. Но на его придирчивый вкус фокусы с огнём, прыжками на батуте и солёные шутки клоунов показались не слишком интересными. В детстве Юлиан побывал в самых лучших цирках Земли, и ему было с чем сравнить.
И всё же Эдайн его не разочаровал. После перерыва конферансье объявил выход загадочных и прекрасных ведьм, и это было нечто непостижимое. По мнению юноши, знаменитый фильм «Аватар» со своими рисованными чудесами, не шёл ни в какое сравнение с их представлением. Ведь каждый из зрителей был его участником. Причём для каждого из них, оно разыгрывалось по-своему.
При участии ведьм воображение отправило юношу в царство Посейдона, и он плавно опустился на сияющий золотой песок, усеянный яркими морскими звёздами. Рядом с ним проплывала забавная шарообразная полосатка и он, не удержавшись, дёрнул её за хвост. В ответ на его озорство она разразилась таким прочувствованным монологом, что он хохотал до упаду, слушая её виртуозную ругань. К счастью, рыбка оказалась незлобивой и, отведя душу, послужила ему прекрасным гидом.
В Коралловом дворце Юлиану даже не пришлось бряцать на гуслях, как Садко, чтобы заслужить благосклонность сказочных обитателей. К сожалению, ему не удалось получить аудиенцию у морского короля. Тот был страшно занят подготовкой грандиозной бури, которая смела бы дерзких людишек, покусившихся на часть его законных владений. Поэтому его представили мудрому осьминогу, его наиглавнейшему министру. Немного пофилософствовав о житейских проблемах, они расстались очень довольные друг другом. На прощание юноша дружески пожал протянутое щупальце и головоногий благосклонно заметил, что давно не встречался с таким обаятельным и учтивым двуногим.
На выходе из апартаментов осьминога в виде подводного сада камней его перехватили весёлые русалки, с нетерпением ожидавшие, когда он освободится. Шалуньи приняли его в свой хоровод и начали усиленно строить глазки. Увы! С тех пор как он стал мужчиной, его нравственные устои здорово пошатнулась, и он не устоял против чар красавицы, к тому же оказавшейся дочерью морского короля.
За ночь любви русалочка подарила ему огромную белую жемчужину и с трогательно-грустной гримасой на личике призналась в вечной любви и он, растрогавшись, клятвенно пообещал навсегда сохранить её в своём сердце. Правда, вскоре он заметил, что ветреная красавица уже позабыла о нём и флиртует с напыщенным китом-убийцей.
Рассердившись, Юлиан двинулся было к изменщице, но его подхватил водяной вихрь и вынес на поверхность. Он не успел отчаяться, как его подобало торговое судно. Но там он пробыл недолго. Вскоре на горизонте показался весёлый Роджер и, несмотря на отчаянное сопротивление, их захватили в плен.
Впрочем, просоленные морские бродяги, несмотря на зверский вид, оказались славными ребятами. Когда он выиграл свою жизнь в карты, пираты приняли его в свои ряды. Храбрый и бесшабашный, он стал душой команды, и очень скоро ему улыбнулась фортуна. Их недалекий капитан сыграл в ящик, точней в желудок акулы, спьяну свалившись за борт, и он оказался его преемником.
Юлиан вдоволь хлебнул морской романтики и, пиратствуя, здорово порезвился. Торговцы боялись его как огня, а военные моряки мечтали снискать себе славу, разгромив его флотилию. Но однажды ему изменила удача.
Соизволив оторваться от своего five-o'clock, одноглазый чопорный адмирал отряхнул кружевные манжеты, усеянные крошками бисквита, и небрежно ткнул пальцем в карту. «Here!»[1] – брезгливо скривившись, процедил он.
Немногословный лощёный негодяй поймал его флагман, гордого «Морского змея», в хитрую ловушку и славная пиратская одиссея закончилась повешением всей его команды. Правда, храбрецы-пираты до последнего были ему верны и не выдали его высокомерным властям карликовой островной империи. Но это не особо повлияло на его участь.