– Это не важно.
– Почему?
– Потому что мне наплевать, если ты вампир. С другой стороны, есть сильный аргумент в пользу того, что это не так. Помнишь нашу клятву на крови?..
– О да! Я это ты, а ты это я!
– Я хотел сказать… правильно, котёнок. Нас связывает нечто большее, чем просто любовь. Плевать, если на нас ополчится весь мир. Пока мы вместе, никому не удастся нас разлучить! – убеждённо проговорил он.
Приободрившись, Цветанка рассказала всё, что с ней происходило странного, в том числе и о жажде крови на гладиаторских боях, о которой она поначалу умолчала.
– Ясно, моя Лунная роза! А я всё гадал, откуда ты взяла это имя.
«Блин! Похоже, не так всё просто. Королевство вампиров не забывает своих. Как в лужу смотрел, когда взял с цыплёнка клятву, что она останется в Эдайне». Юлиан посерьёзнел.
– Кстати, я не зря вспомнил о нашей клятве на крови. Цветик, будь осторожна, – он нахмурился. – Всё же не показатель, что я не заразился. Ведь со мной тоже не всё чисто.
– Думаешь, что я всё-таки вампир?
Юлиан прижал к себе встревоженную девушку и, поцеловав, ответил:
– Не уверен, но очень на то похоже. Но больше никому не говори о своих подозрениях. Это очень опасно. Благодаря древней религии эдайнцы снисходительно отнесутся к инкубу, но не потерпят вампира, боясь заразы.
– Хабиб, ты тоже будь осторожен. В высшем свете болтают, что скоро Эдайн примет католичество, – девушка понизила голос. – Поговаривают, что кто-то видел, как всесильный глава Тайного департамента крестился у входа в католический храм. И король…
– Молчи! Я понял! – перебил её юноша и предупредил грозным шёпотом: – И у стен есть уши.
На его лице промелькнуло странное выражение.
– Думаю, отцы иезуиты правы.
– В чём?
– Я наврал тебе, сказав, что в нашем мире все такие как я. Это неправда. Я единственный, кто светится, как лампочка Ильича.
– Как кто?
– Не кто, а что, темнота! Я же рассказывал тебе об электричестве, которое придёт на смену вашим газовым рожкам.
Немного помолчав, Цветанка нерешительно спросила:
– Скажи, тебе на самом деле всё равно, если я вдруг…
– Абсолютно! – перебил её Юлиан. – А тебе, что я демон или инкуб? – спросил он с едва уловимой тревогой.
– Я люблю тебя, кем бы ты ни был!
– Верю, – Юлиан улыбнулся. – Вот и выходит, моя дорогая вампирка, что мы с тобой одного поля ягоды и по большому счёту ещё неизвестно кто из нас опасней, – он нежно поцеловал девушку. – Друг с другом мы разберёмся, а остальным – молчок. Договорились?
– Да!
– Вот и умница! – кожа юноши слегка засветилась, а в глазах загорелись хищные огоньки. – Слушай, как ты думаешь, кто у нас родится? Конечно, если нашему ребёнку суждено появиться на свет.
– Понятия не имею. Сделай его и посмотрим.
– Блин! А я чем занимаюсь?
На губах Цветанки промелькнула лукавая улыбка.
– Прости, я не заметила.
– Ах, так! Ну погоди, вампирка! – Юлиан подмял её под себя и рванул рубашку на груди. – Сколько ни проси, пощады не будет.
– О господин разбойник! Делайте что хотите, но не забирайте мою девственность. Иначе мой суровый жених с позором отправит меня к отцу! – испуганно взмолилась девушка, с ходу переключившись на игру.
– Поздно, моя любовь! Поиграем потом, сейчас я не в состоянии остановиться.
Средневековые интриги почти по Дюма
Придя к полной гармонии в отношениях, юная парочка светилась от счастья, чем вызывала при дворе жгучую зависть. Барон де Фальк почти не обращал внимания на записных красавиц, по-прежнему атаковавших его, зато баронесса де Фальк, поддразнивая мужа, слегка кокетничала со светскими львами, но никогда не переходила границ дозволенного.
Утончённая красавица с необычной причёской и в смелых нарядах, которые немедленно переняли в свете, она неодолимо влекла к себе восхищённые взгляды мужчин и завистливые – женщин. Правда, законодательница мод держала в секрете даже от Руники, что большинство её причудливых нарядов и причёсок придумал Юлиан, горячий поклонник эпохи Людовика XIV. Кстати, он тоже не остался в стороне и, пользуясь случаем, ввёл в моду удобные костюмы с нарядными камзолами и пышными рубашками, украшенными тонким кружевом, чем впоследствии обогатил торговцев и прославил неприметный городок Брюгге.