«Проклятье! Похоже, слегка переиграла, а от богов ничего не скроешь», – с досадой подумала она, тщательно пряча свои мысли за максимально поднятыми ментальными щитами.
Но это был напрасный труд.
«Верно, – последовал немедленный ответ. – Проще было рассказать всё, как есть, без прикрас. Ведь правда теряет силу, если её слишком сильно разбавляют фальшью».
В голосе пришельца слышались явные высокомерные нотки, но её мысль, что это можно использовать в своих целях с ходу отверг издевательский смех.
Поняв, что проиграла, Царица вампиров зябко повела плечами. Она старалась не думать о предстоящем приговоре, зная по опыту, что мир богов безжалостен и за малейшую провинность наказывает без всякого снисхождения.
– Это всё? – поинтересовался Лазарь для проформы.
Царица вампиров согласно кивнула, и он повернулся к сыну.
– Ну, что скажешь?
– Я? – удивился Юлиан и чуть слышно фыркнул, поглядев на свои опустевшие руки. «Похоже, это распространённый божественный приём, чтобы полностью завладеть вниманием собеседника». На этот раз девушка переместилась на роскошное ложе под балдахином, где она продолжала спать, как ни в чём не бывало.
– Вообще-то, я с тобой разговариваю, а не сам с собой, – заметил Лазарь, усмехнувшись.
– Душещипательная история. Я чуть не прослезился.
– Я не об этом. Судьба Царицы вампиров в твоих руках. Как ты решишь, так и будет.
– Чего?!.. Ну, нет! Пап, даже не думай! Делай, что хочешь, но я ей не судья.
– Это ещё почему?
– У меня самоотвод… из-за родственных связей с подсудимой, – нашёлся Юлиан.
– Самоотвод отклоняется. Это неуважительная причина.
– Пап! – жалобно протянул он, меняя тактику. – Я же не юрист. Вдобавок, я не знаю всех обстоятельств дела. К тому же слышал, что в нём замешан наш родственничек. Согласись, это окончательно всё усложняет.
Лазарь нахмурился и выразительно посмотрел на творца Ойкумены.
– С Николсом я сам разберусь, – проговорил он, зловеще понижая тон. – Принц Хаоса и его приспешники ещё сильно пожалеют о своих закулисных делишках.
Под немигающим взглядом двух пар одинаковых глаз Аспид невольно смешался.
«Отец и в самом деле крут. Наш хозяин смотрит на него, как провинившийся школьник на учителя», – подумал Юлиан, уловив всплеск разноречивых эмоций, бушующих вокруг него.
«Ага! Попался, атримен! – возликовал Лазарь. – Ничего, господа заговорщики! Близок час, когда я выведу вас на чистую воду. Вы у меня ещё попляшете!.. Да что там! Будете у меня извиваться, как ужи на сковородке». Несмотря на разгорающийся гнев, внешне он был совершенно спокоен и продолжал дожимать сына, не желающего принимать на себя родовые обязанности.
– Что за паника? Думал, будешь вечно бездельничать? – проговорил он и засмеялся при виде умильной физиономии, которую состроил ему юноша. – Ни фига! Кончилась твоя вольница. Давай-ка, подключайся к божественным играм. Не дрейфь, малыш! Дело-то не сложное. Наша неисправимая лгунья на этот раз не слишком привирала, рассказывая об обстоятельствах, приведших её к столь плачевному результату. Только не слишком покупайся на её жалостливый рассказ. На руках этой милой красотки столько крови, что в ней можно утопить всё племя вампиров, которое она здесь развела.
На лице Лазаря появилось вопросительное выражение.
– Итак, каков твой вердикт? Казнить или помиловать?
Рука Юлиана невольно потянулась к затылку.
– Блин!.. Что такое не везёт и как с этим бороться. Что спрашивать-то? Как будто здесь есть варианты…
Собравшись с духом, он посмотрел на Царицу вампиров и оторопел – перед ним стояла Цветанка. Не в силах вынести её молящий взгляд и жалкую улыбку на лице, он поспешно прикрыл глаза. Со злодейкой всё было ясно, но никакие доводы разума, не могли убедить его вынести ей смертный приговор.
Поняв, что юноша крепко попался на простенькую уловку, Лазарь пришёл ему на помощь.
– Ладно. Задействуем полный регламент, чтобы ты пришёл в себя, – в воздухе возникло тяжёлое резное кресло, и он в полном облачении судьи откинулся на его высокую спинку. Подлокотники и изножье в форме чёрных грифонов с позолоченными гривами, лениво потянулись и, рыкнув, заняли самое удобное положение для конечностей своего хозяина.