– Просто умираю от голода, – созналась Цветанка.
С чинным видом она уселась за стол, и с ожиданием посмотрела на Юлиана.
– О’кей! Тогда подожди немного, я что-нибудь поищу из еды.
Юноша заглянул в кухонный закуток и озадаченно хмыкнул – там царила полная неразбериха, и он наугад приоткрыл крышку ближайшего котла. Еды там не было, зато на пыльном дне сидел довольно крупный чёрно-белый паук.
«Выходи, парень, мухи заждались!» – он наклонил котёл и восьмилапый не замедлил воспользоваться его любезностью. Спустившись вниз, паук бросился наутёк.
«Удачной охоты, дружок!» напутствовал его Юлиан и заглянул в следующий котёл. С сомнением глядя на бледное месиво с выступившей мутной водицей на поверхности, он поинтересовался у девушки:
– Кашу будешь? Только заранее предупреждаю, что она сварена их величеством ведьмой и даже на вид это нечто малосъедобное.
– Давай! – оживилась она. – Я голодна так, что съем всё, что угодно!
– Учти, Курт утверждает, что отравился именно этой кашкой.
– Ну-ка, дай сюда! – Цветанка принюхалась и, ковырнув кашу ложкой, пожала плечами. – Может, ему попалось зерно очевницы?[1] Само по себе оно не опасно, но это сильное рвотное средство.
– Не знаю, но я тебя предупредил.
– Спасибо, я всё же рискну, – с воодушевлением проговорила девушка.
Демонстрируя завидный аппетит, она в мгновение ока расправилась с остатками каши, сыра и практически в одиночку выпила оставшееся вино.
– Хочешь, сходим к морю и немного поплаваем? – предложил Юлиан, когда всё было съедено и на её лице появилось блаженное выражение.
– Конечно, хочу! – согласилась она и снова сонно захлопала глазами.
– Ну нет! – Юлиан схватил её за руку и потащил за собой. – Хватит уже дрыхнуть! Не ровен час, ты на самом деле превратишься в летучую мышь.
Когда они вышли во двор, навстречу им попалась Руиса Файр. Поняв, что она оказалась здесь не случайно, юноша украдкой состроил ей страшные глаза, но та лишь засмеялась и, проходя мимо, нарочно задела его бедром.
В ответ на это личико Цветанки помрачнело, и в её тёмных глазах полыхнул кровавый отсвет. Она сделала лёгкий пасс рукой и к ненавистной ведьме поплыли зримые лишь ей кроваво-красные руны. Неуклюжие и корявые, тем не менее они были грозной силой. Вложенного в них заряда магии, при правильном распоряжении, хватило бы на уничтожение целого слона.
Спустя некоторое время, позади кто-то заполошно взвизгнул и Юлиан, заподозрив недоброе, быстро обернулся – на облитую чем-то чёрным и блестящим Руису Файр медленно падал невесомый белоснежный пух. Словно снег из крыльев ангела, подумалось юноше.
– Цветик, какого чёрта ты вытворяешь? – сердито спросил он. – Не смей отворачиваться! И тебе не стыдно?
– Ни капельки! – прошипела Цветанка. – Так мы идём гулять или нет?
Изящным движением она подхватила подол юбки и, не дожидаясь ответа, пошла вперёд.
Юлиан растеряно посмотрел на ведьму, но та вроде бы была в порядке, и бросился следом за ней.
– Чем ты облила несчастную девчонку? – спросил он, глядя на Цветанку, которая всем своим видом излучала непримиримость.
– Чем положено обливать гулящих девок, – последовал ответ.
– Надеюсь, смола не горячая? – встревожился юноша и замедлил шаг, готовый повернуть назад.
Цветанка смерила его недобрым взглядом.
– Нет, не горячая! Но если ещё раз увижу, что она крутится около тебя, то пусть пеняет на себя! И вообще, если я узнаю, что ты… – она резко развернулась и, легко прыгая по камням, устремилась к морю.
– Ну-ка, постой! – Юлиан догнал девушку и, не давая вырваться, прижал к стволу дерева.
– Ну? – она с вызовом вздёрнула подбородок. – Говори, что угодно, но я не буду каяться. Ведьма получила по заслугам.
– А я? Ведь ты считаешь меня виноватым, значит, я тоже должен получить по заслугам?
– Может быть! – вырвалось у Цветанки, и окружающий её мир потускнел, будто из него ушла частичка радости. А может, так оно и было.