– Вы и есть главная нечисть! – выкрикнул де Фокс и, зябко передёрнув плечами, тоскливо добавил: – О Господи! Что же мне делать?
– Ты знаешь.
– Какого чёрта вам загорелось сделать из меня вампира?
Раймонд тепло улыбнулся.
– Наконец-то вопрос по существу. Видишь ли, Курт, мы состоим в родстве. Не веришь, посмотри на Рихарда. Он никого тебе не напоминает?
Перед глазами де Фокса промелькнул фамильный портрет, которым так гордился его дед, и ему пришлось признать, что сходство просто поразительное. Раймонд ободряющим жестом сжал его плечо.
– Ты на верном пути. Карл Адлигвульф дед твоего деда и, следовательно, наш общий предок… не выдумывай! Ведь он не умер в своей постели, а пропал вскоре после рождения своего сына Ганса, не так ли? Зимой во время набега на франков?
– Да, но это ничего не доказывает…
– Узнаёшь?
Раймонд вытянул из-за ворота рубашки круглый кулон и де Фокс дрогнул. Эта вещица с изображением трёх лисиц была знакома ему до мельчайших подробностей. В детстве он частенько перерисовывал родовой герб с портрета пращура в свой альбом. Не отдавая себе отчета, он требовательно протянул руку.
– Дайте!
Немного поколебавшись, вампир снял кулон с шеи. Де Фокс тщательно его осмотрел – все детали совпадали вплоть до отломанного кончика уха у одной из лисичек.
– Großvater говорил, что это подарок его жены, леди Кирстен. Он никогда с ним не расставался, – сказал неслышно подошедший Рихард Адлигвульф.
Де Фокс криво ухмыльнулся.
– Вот уж не ожидал встретить родственников среди вампиров. И кем мы приходимся друг другу?
Братья Адлигвульфы озадаченно переглянулись.
– Разве это важно? Главное, что мы родные по крови, – проговорил Раймонд.
– Курт, какого чёрта ты колеблешься? – воскликнул Юлиан. – Аделия, хоть ты скажи этому идиоту, что он ведёт себя как распоследний дурак, отказываясь от такого предложения.
– Заткнись, amigo! Только тебя ещё не хватало! – проворчал де Фокс и закрыл глаза, давая понять, что больше не желает разговаривать на эту тему.
– Интересно, как Карл Адлигвульф попал за вампирский барьер? – задумчиво протянула Аделия, глядя на братьев.
Они повернулись к ней и дружно ухмыльнулись.
– Это секрет, meine neugierige Hexe[1], – вкрадчиво проговорил Раймонд.
– Неужели? Думаю, это умение у вас в крови или вы используете какой-нибудь амулет.
Аделия внимательно следила за реакцией вампиров, но те ничем себя не выдали.
– Не переживайте, мадам. В любом случае проходить барьер могут лишь избранные единицы, – утешил её Рихард и в свою очередь смерил основательно потрёпанных ведьм испытующим взглядом. – Дамы, я рад, что вы решили задержаться и выслушать моё предложение.
– К рогатому ваши предложения! Мы не будем вашими рабами! – злобно проговорила израненная Руиса Файр, приподнявшись с земли.
– Ночному королевству и без вас хватает рабов. У меня другое предложение. Как вы смотрите на то, чтобы стать нашими союзницами?
– Исключено! – резко ответила Аделия.
– Сначала выслушайте.
– Нет смысла. Вы – враги всего живого, поэтому нам никогда не быть союзниками.
– И всё же, не торопитесь, мадам Верховная ведьма. Хоть вы молоды, но должны понимать, что на этот раз Ведьминским кругам не справиться с нашим нашествием.
Рихард встал вплотную к Аделии, и она усилием воли подавила желание попятиться от него.
– Ведь ваше племя вымирает, не так ли? – в его голосе зазвучали бархатные нотки. – Если не ошибаюсь, то триста лет назад вас было около двадцати тысяч, а сейчас осталось около пяти.
– Три с половиной тысячи, – машинально поправила она, и Эмма Секурите тут же коснулась её руки.
– Госпожа! Вряд ли стоит разглашать такие сведения нашим врагам.
Допущенная промашка вызвала досаду у Аделии, но она не чувствовала себя виноватой.
– Какая разница пять или три с половиной тысячи? Вампиры правы в одном, нам не выстоять в этой войне, – проговорила она ровным тоном и обратила свой взор к Рихарду Адлигвульфу. – Так что вы хотите предложить?