– Не вижу часов. А вдруг я не успею вовремя покинуть ваше общество? – осведомилась Аделия.
– Ничего страшного! Лично я считаю, что вы и в наряде Золушки бесподобны, – Лазарь щёлкнул пальцами. – Опля!.. Ну, как? Нравится или хотите что-нибудь другое?
Зеркало отразило такую нереально красивую незнакомку, что Аделия не сразу сопоставила её с собой. Тем не менее она критически оглядела свой новый наряд и причёску и только после этого согласно кивнула.
– Хорошо. Оставьте как есть.
– А вы большая привереда, – усмехнувшись, заметил Лазарь.
– Что есть, то есть, – Аделия с надменным видом вздёрнула подбородок и положила ладонь на его протянутую руку. – Говорят, что знать соседних государств увлекается полонезом, но, честно говоря, мне больше нравится вальс, который ввёл в моду ваш сын. Правда, некоторые придворные курицы считают его бесстыдным танцем и запрещают танцевать его дебютанткам.
– Действительно глупо, – подтвердил Лазарь, не сводящий с неё восхищённого взгляда. – Вальс изумителен, ведь это танец богов. Правда, в нашем мире он несколько отличается от того, к чему вы привыкли, но я помогу вам справиться с новыми фигурами.
– Благодарю, это очень любезно с вашей стороны.
Всё происходящее очень напоминало бал Осеннего листопада, подсмотренного Аделией в мире фейри, но только на этот раз она была не сторонней наблюдательницей, а его непосредственной участницей. Как только они вступили в круг, гигантский кузнечик взмахнул дирижёрской палочкой, и насекомые коснулись своих инструментов. Под выводимую ими волшебную мелодию они закружились в плавном танце, который действительно походил на вальс, усложнённый воздушными пируэтами.
– Какой необычный оркестр! Я читала о таком в хрониках Аталисы, – проговорила Аделия, когда немного освоилась с новыми фигурами, и Лазарь охотно поддержал её светскую беседу:
– Насекомые – природные музыканты, а разумные среди них просто гениальны и это, заметьте, без всякой магии. К тому же мне говорили, что это лучший оркестр из всех, что есть. Правда, кое-кто утверждает, что оркестр Инасееко превосходит его, но это только слухи. Ведь редко кто имеет возможность побывать в знаменитом театре.
– Почему?
– Туда можно попасть только по приглашению самого хозяина. Вот только никто не знает, кто он такой.
Аделия удивлённо приподняла брови.
– Ваш мир полон таинственности!
Лазарь улыбнулся.
– А вы как думали? Что мы сидим на облаках созданных миров и поплёвываем на землю? – проговорил он и подбросил её в воздух.
– Ну, что-то в этом роде, – Аделия спланировала вниз и опасливо покосилась на стайку фей, несущих венок. – О боги! Надеюсь, эти поганки не по мою душу.
– Не беспокойтесь. Они здесь, чтобы выбрать короля бала, – утешил её Лазарь и тут феечки с радостным писком устремились к ним.
– Ну всё, пропала моя причёска! – простонала Аделия, прячась за его спину. Он засмеялся и закрыл её защитным куполом, пока озорницы под звуки фанфар с торжественным видом водружали ему на голову пышный венок.
Когда отзвучали бурные овации и радостные возгласы окружающих, Лазарь повернулся к Аделии.
– Теперь я должен выбрать королеву бала. Как вы смотрите на эту роль?
– Если это простая формальность…
– Нет, это не формальность. Моей королевой может быть только та, что мила моему сердцу.
– Тогда не знаю, что вам ответить, – сдержанно проговорила Аделия. – Думаю, вы должны внимательней прислушаться к своему сердцу. Возможно, оно назовёт вам совсем другое имя.
Лазарь заглянул в её лицо и понимающе улыбнулся.
– Ясно! Вам не даёт покоя моё сходство с Юлианом.
– Да, – не стала лукавить Аделия. – Если бы вы сказали, что приходитесь ему братом, я бы поверила, но отец! Извините, но в моей голове это никак не укладывается.
– Адель, не забывайте, с кем вы имеете дело. Этот облик – лишь одно из моих естественных состояний, но если вы хотите, я могу предстать в образе седобородого старца…
– О нет! Это уже лишнее! – поспешно проговорила Аделия. – Как-то я слышала христианскую легенду об Ависаге и царе Давиде, но лично меня не прельщает роль грелки при древнем старце.