У горизонта блеснул крошечный парус, Раймонд встрепенулся и, сложив пальцы пистолетом, сделал вид, что стреляет. Он не замечал, что Аделия очнулась от забытья и внимательно наблюдает за ним.
– На чём я остановился?.. Ах, да! В общем, каким бы ты ни был могущественным, Господь по-своему распоряжается нашими судьбами. Когда я владел сокровищами, у меня не было принцессы, а когда она появилась, я уже был нищим бродягой. Впрочем, плевать на богатство. Ведь главное заключено не в нём, хоть я нисколько не умаляю его значения. Каждый, кто наделён честолюбием, мечтает вознестись на самую вершину власти, а оно ключ к успеху, – вампир усмехнулся. – Но однажды приходит время, и ты понимаешь, что твои главные сокровища находятся рядом и это не земли и не золото и даже не королевский венец. Вот тогда ты готов смириться с тем, что у тебя есть лишь крыша над головой и хлеб на столе, а когда любимых отберут у тебя… – на мгновение ему перехватило горло, но он справился с собой и твёрдо добавил: – Ничто их уже не заменит. Золото можно наторговать, земли завоевать, но умерших ничто не вернёт.
Придвинувшись ближе, Аделия взяла его под руку и, положив голову на плечо, запела дрожащим голосом:
Пятнадцать человек на сундук мертвеца,
Йо-хо-хо, и бутылка рому!
Пей, и дьявол тебя доведет до конца.
Йо-хо-хо, и бутылка рому!..
– Врёшь, ведьма! – перебил её Раймонд. – Слушай, как должно быть.
Пятнадцать взяли сундук на борт
Йо-хо-хо, и в бутылке ром
Пей, остальное управит черт!
Йо-хо-хо, и в бутылке ром.
И боцман проткнул одного ножом,
А боцману вышибли мозг багром,
А кок, задушенный — под столом,
На глотке его рядком синяки,
И вот они, храбрые моряки,
Валяются, словно мешки с тряпьем
Иль утром пьянь в кабаке дрянном
Йо-хо-хо, и в бутылке ром!..
Аделия поспешно закрыла ему рот.
– Ой-ой-ой! Ужас-то какой! Замолчи немедленно!
– Хорошо, – согласился Раймонд и ухмыльнулся. – Но только за отдельную плату.
Видя его испытующий взгляд уже без тени улыбки на лице, она тихо фыркнула.
– Можешь не говорить какую, я и так знаю.
Долгий поцелуй смягчил его черты, но не согнал скептического выражения с лица.
– Ведьма, ты ничего не перепутала? Я тебе не школяр, размечтавшийся о любви.
– А ты меня любишь? – оживилась Аделия. – Ну-ка, не отводи глаза!.. Отвечай!
Видя, что вампир упорно молчит, она фыркнула.
– Все вы трусы несчастные, даже лучшие из вас.
– Ну, знаешь! За такое оскорбление...
– Хочешь убить меня? Пожалуйста! – лихорадочно блестя глазами, Аделия сдернула платок с шеи. – Можешь выпить досуха!.. Ну, чего ты медлишь? – рассердилась она, глядя на ошарашенное лицо Раймонда.
– Ведьма, совсем с ума сошла? – поинтересовался он, пытаясь проникнуть в её мысли, но тщетно. С некоторых пор она обзавелась мощнейшим мыслещитом.
– Если бы! – Аделия грустно улыбнулась и снова закуталась в тёплый платок. – Ладно, мне пора идти. Говорят, Илатская обитель уже на подходе. Нужно проверить всё ли готово к приёму.
– Не уходи! – буркнул Раймонд, не поднимая глаз. – Ты слишком торопишься. Моё сердце ещё не успело оправиться от потерь… – его глаза впились в лицо Аделии. – Я очень любил жену и никогда её не забуду. Если ты не сможешь с этим смириться, то прости.
– Говорят, что браки по расчёту самые удачные. Конечно, если речь идёт о браке, – она встала и сухо добавила: – Только учти, Адлигвульф, тебе тоже придётся смириться с тем, что моё сердце занято.
– Какого чёрта? Ведь у тебя нет ни малейшего шанса! Я же вижу, мальчишка любит другую! – рявкнул Раймонд, не замечая, что его пальцы судорожно сжимаются в кулаки.
– Что бы ты ни думал, но это не Юлиан.
– Не лги!
– Зачем мне лгать? Я люблю его отца!
– Отца? Какого отца? – вампир с недюжинной силой тряхнул её за плечи. – Где вы встречаетесь? Живо отвечай или будет хуже!