– Так лучше? – спросила Царица вампиров.
– О да! – восторженно воскликнул носферату, не сводя с неё преданного взгляда.
И в самом деле, по-девчоночьи пригорюнившаяся Царица вампиров была юна и прекрасна. Подперев голову рукой, она с укоризной взирала на провинившихся носферату и при этом совсем не выглядела тем исчадием ада, которым её рисовала молва. Лишь вблизи было заметно, что в широко распахнутых тёмных глазах иногда переливаются кровавые искры безумия. Но уже не так явно, как это было раньше.
По прихоти Лазаря, заглянувшего в гости к Аспиду, в Царице вампиров всё чаще просыпалась прежняя Гемма. Правда, с его стороны это был сомнительный акт благодеяния. Он поддался чувству, уловив её близкое родство с Цветанкой, к которой тепло относился из-за сына, но при этом он не мог ни понимать, что в самом процессе выздоровлении кроется возмездие за её прошлую бездумную жестокость. И оно уже приближалось, исподволь нанося свои пробные уколы, почти ещё не ощутимые из-за толстой шкуры грехов на её душе, но ведь вода и камень точит.
– Ах, бедные мои дети! Единственная отрада и свет моих очей! – забавляясь, мягко пропела Царица вампиров. – Скажите, неужели я недостаточно люблю и забочусь о вас?
– Простите нас, госпожа!
– Мы очень старались...
– Истинный крест!..
– Герцог Адлигвульф словно сквозь землю провалился…
Разноголосый хор оправданий перебил нежный, но властный голосок:
– Дети!.. Вы ставите меня в неловкое положение.
Глаза Царицы вампиров наполнились слезами. В то же мгновение рядом с троном возник арапчонок в нарядном шёлковом камзоле и чалме. С благоговением на тёмном личике он протянул своей госпоже кружевной батистовый платочек.
– Спасибо, Ибрагим, – она аккуратно промокнула слёзы. – Боже мой!.. – её голос задрожал от волнения. – Неужели я о многом прошу вас? Или вы уже ни во что не ставите мои приказы?
Ответом ей послужило мёртвое молчание. С горестным видом Царица вампиров прикрыла глаза рукой. Украшающие её вычурные браслеты и массивные кольца выглядели чрезмерно тяжёлыми, отчего их обладательница казалась ещё более хрупкой и беззащитной. Выдержав особо тягостную паузу, Царица вампиров надрывно всхлипнула.
– О, простите! Не могу сдержаться! Что поделаешь, я всего лишь слабая женщина.
– Госпожа, пожалуйста, не плачьте! – расстроенный юноша-носферату вскочил на ноги. – В вашей воле казнить нас, но я прошу вас о снисхождении! Пожалуйста, дайте нам ещё немного времени, и вы не пожалеете. Вот увидите, мы поймаем герцога Адлигвульфа.
– Да? – Царица вампиров томно вздохнула. – Ах, мой дорогой мальчик, за кого ты принимаешь меня? Разве может мать поднять руку на своих детей?.. О боже! – откинувшись на спинку трона, она не выдержала и засмеялась. – Увы, глупыш! Второго шанса не будет. Я и первый даю немногим из вас.
С лица красавицы-колдуньи слетела добросердечная маска. Она щёлкнула пальцами и в храме снова воцарились пустота и темнота. Нити ожили и, присосавшись к телу доверчивого простака, обрели алый цвет.
– Госпожа!.. Пожалуйста, не надо! – воскликнул юноша-носферату, не веря происходящему.
– Сука! – темноволосый мужчина поднялся и с ненавистью посмотрел на хрупкую, но смертельно опасную прародительницу. – Тварь, утерявшая человеческое лицо! Сколько тебе нужно крови, чтобы ты захлебнулась и сдохла? – прорычал он, подавшись вперёд. – Ждёшь, что я буду молить тебя о пощаде? Не надейся, не буду! Мы с сыном уже мертвы. Можешь рвать его на куски, я и пальцем не шевельну!