— Ты меня не убалтывай! Ходят тут всякие, потом артефакты пропадают, — брюзжание охранника стало совсем старческим.
— Для кого вы их храните, если наследника рода впаяли в ловушку при входе?
— Какой еще наследник? Это ж марионетка чья-то, тьфу!
— В смысле?
— Он под контролем чьей-то посторонней воли. И магию свою сливает на сторону. Поделом ему! — ворчание приобрело злорадный оттенок.
Я хмыкнула.
— Сколько сотен лет вы охраняете эту базу?
— Много, деточка.
— Я вам не деточка. Я зарождение мира видела, и не одного! — отрезала я, окончательно выпадая из образа Кристель.
Да и перед кем притворяться? Перед нематериальной сущностью? Допустим, она может попытаться меня поджарить. А я — развалить весь подвал. Победителей не будет, и дух это прекрасно понимает. Попробовал уже мою магию на вкус.
— Вы вообще в курсе, что снаружи происходит?
— Зачем оно мне? Моя задача проста. Обеспечивать безопасность базы, пропускать строго наследников основной линии Эйсгемов. И ты не из нее!
— Это мы попозже обсудим, — отмахнулась я от попытки свернуть разговор в непродуктивное русло. — Давайте сначала пройдемся по новейшей истории. Чтобы не быть голословной — вот!
И я взмахом руки активировала связь с совой.
Действовала практически наобум. Мы этот вид взаимодействия пока не отрабатывали. Да что там — мы и общались-то с фамильяром от силы сутки. Но из книг следовало, что когда-то хозяин и помощник-зверь могли объединять зрение. Что видит один, то и другой. Для разведки — незаменимое свойство.
Как по заказу, Снежинка решила размять крылья и сейчас порхала под потолком внутреннего дворика. Сверху медленно сыпался пушистый снег, покрывая стекло тонким слоем и сразу подтаивая от тепла, исходящего снизу.
Образовавшаяся вода по специальным каналам сливалась вниз, в чаны, где использовалась для мытья и готовки. Не пропадать же добру!
— Ну, снег. Сова. Дальше что? — неубежденный дух упорствовал.
— Сейчас какое время года? — ласково уточнила я.
— Первый месяц лета… Минуточку.
Передо мной замерцал и проявился статный беловолосый мужчина с аккуратной бородкой клинышком. Некоторое сходство с секретарем его высочества просматривалось: те же темные брови вразлет, тот же упрямый подбородок.
— Ты решила меня обмануть? — не слишком уверенно поинтересовался дух.
— Зачем мне это? — я устало пожала плечами, не делая попыток подняться. Только на руки откинулась, чтобы удобнее было смотреть снизу вверх. — Вокруг уже две сотни лет творится боги знают что. А вы, вместо того чтобы поддержать потомков рода, заперли одного из них в смертельной ловушке. Совесть есть?
— Я его не запирал, — смутился дух. — Он сам… точнее, автоматика сработала.
— Из-за оттока магии? — сообразила я. — Глупость какая. Он же купола держит!
— Отсюда поподробнее, — потребовал предок рода Эйсгем.
Я не сомневалась, что это один из отцов-основателей. Такая ясность разума у многосотлетнего призрака получается только в одном случае — если жертва была добровольная и осознанная.
Кто-то из первых Эйсгемов растворился в эфире и привязал свой дух к хранилищу, чтобы вечно хранить секреты семьи.
Глава 2
Рассказ занял не так много времени.
Не особо поверивший мне дух предка Эйсгемов проплыл в направлении хрустального зала и завис над пленником, задумчиво его разглядывая.
— Я не сумею его вытащить. Нет власти над материальным, — огорошил он.
Я-то уж вознадеялась!
— Магией управляешь. Почему артефактами не можешь?
Мы незаметно перешли на «ты». Описания катастроф и тяжелых последствий сближают.
— Это разное, — поморщился призрак. — Моя сила осталась при мне, но я же сущность. Концентрат чистой энергии. Могу жахнуть заклинанием, но ущипнуть тебя — уже никак.
— Спасибо, не надо, — вежливо отказалась я, на всякий случай отодвигаясь.
— Шучу, — заверил дух без особой убежденности в голосе.
Невесело, наверное, торчать в подземелье столетие за столетием, видя лишь редких посетителей и не имея возможности с ними толком пообщаться. Вряд ли Эйсгемам приходило в голову спускаться в подвал, чтобы развлечь прародителя.
— Тогда что делать будем? Не оставлять же его так.
Я подошла ближе, остерегаясь сенсорных нитей.
Задач стояло две. Отключить ловушку — раз, и повернуть ее действие вспять — два. Если с первым я, возможно, могла бы справиться, то отменить приказ об удержании мог лишь глава рода. То есть нынешний господин Эйсгем.
— Приводи второго брата, ты говорила, он жив, — предложил дух.