«Посмотрим, сможем ли мы увидеть, что он делает...» — сказал я Наполеону, который выглянул за край, чтобы мы могли видеть файл. «Ты знаешь, что они здесь делают, Наполеон?»
Он вздохнул. «Да. Много лет Азраэль прочесывал этот мир в поисках редких и талантливых ведьм и магов».
«Чтобы нанимать их?» — спросил я, наблюдая, как Брайс что-то записывает в файл.
«В конце концов, их нанимают. Но сначала их нужно заполучить», — объяснил он, и я снова посмотрел на клетки, по моей спине пробежала дрожь отвращения. Что-то лежало на полу в одном из углов, что-то маленькое и... пушистое? Тошнота закрутилась в моем желудке, когда я понял, что смотрю на грязную мягкую игрушку. Такую, которую ребенок носит с собой для утешения.
«Он, блядь, крадет детей?» — прорычал я, снова глядя на файл.
Было трудно читать, но я смог разобрать некоторые детали. Карточка принадлежала девочке по имени Энни Макалистер. Фото, похожее на школьное фото, было прикреплено к уголку. Она была маленькой, может быть, восьми или девяти лет. Светлые волосы и карие глаза. Ручка в руке Брайса двигалась по странице, оставляя заметки.
Как раз когда я пытался понять, в чем заключается ее предполагаемая сила, дверь в комнату с грохотом распахнулась, и мы отпрянули, чтобы спрятаться в тени.
«Скажи, что у тебя есть что-то новое», — сказал Азраэль, звуча раздраженно, направляясь к столу в углу. «Принеси мне файл».
Брайс закончил свою запись быстро, передавая его Азраэлю, который закинул ноги на стол. «Думаю, вам будет интересно, сэр».
Глаза Азраэля пробежали по документу, его взгляд метнулся к Брайсу. «Ясновидение?»
«Да. И я подозреваю, что это связано с ее художественными способностями», — объяснил Брайс, выпрямляясь, подбадриваемый волнением в темных глазах Азраэля.
«Действительно интересно. Особенно потому, что ее мать — человек», — добавил старший мужчина, задумавшись.
«Она будет ценным активом, сэр. Такая сила, и такая молодая».
«С матерью легко справиться. Мы соберем еще немного информации, прежде чем что-либо устраивать. Нам нужно убедиться, что не будет никаких других осложнений, когда она исчезнет». Азраэль вернул файл Брайсу.
Устраивать? Как, убить ее мать? Они выслеживали детей по всей стране — возможно, даже по всему миру — а затем убивали родителей, чтобы забрать детей и... проводить тесты? Эксперименты?
Писк. «Все, что его волнует, это потенциал. Он выталкивает детей за их пределы. Готовит их к пожизненной службе своему делу. Я слышал ваш разговор с друзьями, поэтому я показываю вам это. Возможно, вы сможете что-то с этим сделать...» — сказал Наполеон. Мой разум перенесся к Хантеру, и я понял, что это, возможно, то, что случилось с ним. Меня тошнило.
«А что насчет команды «Радикал»? Каков ваш план на них?» — спросил Брайс, и Азраэль злобно посмотрел на него. Какой команды «Радикал»? Тех, кто предположительно должен был забрать тело Фишера, или он имел в виду нас, поскольку мы раньше были из «Радикал»?
«Мои планы тебя не касаются», — огрызнулся Азраэль, затем задумчиво замолчал, его глаза отражали леденящий блеск, который не мог сулить ничего хорошего. «Хотя пиро-маг только что проявил огромную силу снаружи».
Святое дерьмо.
«Он вспыльчивый с огромным эго», — проворчал Брайс.
«Хорошо. У вас двоих есть что-то общее», — ответил Азраэль, вставая и направляясь к двери. «Пойдем, мне нужно подготовить кое-какие бумаги. Ты можешь помочь, так как Лори занята Камероном».
Брайс убрал файл обратно в ящик и захлопнул его. Как только они покинули комнату, я пришел в действие. Сосредоточившись на отделении от Наполеона, я выпрыгнул из его формы и обнаружил себя стоящим там, где мгновениями ранее был Брайс.
«Что ты делаешь?» — спросил Наполеон, спрыгивая с полки.
«Я хочу посмотреть этот файл. Нам нужно предупредить ее родителей...» — я замолчал, просматривая массу имен, пока не нашел то, которое искал. Быстро просматривая документы, я обнаружил, что девочку воспитывает ее мать, Миранда. Они жили в маленьком городке Изумрудные Озера, и, по-видимому, отец сбежал, когда девочка была намного младше. Тем не менее, Монтегю знал достаточно, чтобы знать его имя и его стихию.
«Тебе следует увести своего друга от этой женщины-дьявола. Она плохая новость». Наполеон вздрогнул, говоря о Лори.
«Хорошая мысль», — согласился я, запоминая информацию и убирая файл.
«Убираемся отсюда». Наполеон запрыгнул мне на плечо, и я почти побежал к двери. Он был прав. Никому из нас не нужно было оставаться наедине с этой ведьмой. Мое чутье с самого начала подсказывало мне, что здесь что-то не так, и я был прав. Мое зрение затуманилось, когда я потянулся к дверной ручке, приземлившись ладонью на сучковатое дерево, чтобы удержать равновесие. Какого хера?