Тихий всхлип сорвался с ее губ от моего заявления, ее глаза блестели от эмоций. Надежда, желание, любовь.
«Я тоже тебя люблю, Кам», — сказала она, на ее полных губах заиграла маленькая улыбка. Она любит меня. Меня. Несмотря на все мои недостатки и стены, которые я строил годами, эта пышная богиня перелезла через все них и отказалась позволить мне прятаться.
«Это значит, что ты меня прощаешь?» — спросил я застенчиво.
Моя маленькая ведьма протянула дрожащие руки и убрала мои волосы, ее ладони легли на мои щеки.
«Я прощаю всех вас. Жизнь слишком коротка, а мы едва начали свою. Вместе. Займитесь со мной любовью?» — мягко спросила она и повернулась к Фишеру и Каю. «Все вы. Сегодня ночью вы все мне нужны».
Глаза Фишера вспыхнули, черный цвет впитался в светло-карие радужки. Из Кая вырвался дикий звук, когда они вдвоем приблизились к нам.
«Как ты хочешь нас, Детка?» — прошептал Кай, его губы коснулись ее шеи. Сейдж вздохнула, легко и прерывисто от прикосновения.
«Так, чтобы все ваши руки были на мне одновременно», — ответила она, ее щеки порозовели, когда она закусила нижнюю губу.
«Сними с меня боксеры, малышка. Мой член жаждет твоих прикосновений», — простонал я, сжимая себя через тонкую ткань. Она посмотрела на меня, и ее пальцы скользнули под резинку, стягивая их с моих бедер.
Маленький стон моей ведьмы заставил мои яйца вздрогнуть от непреодолимой потребности в ней.
Мое внимание переключилось на то, где пальцы Кая танцевали на ее затвердевших сосках, бледно-розовые бутоны темнели от его манипуляций. Сейдж начала покачивать бедрами, тереться задницей о член Кая, и я бросил взгляд на своего лучшего друга. Я сглотнул, когда обнаружил, что его глаза прожигают мои насквозь, его злые руки дразнят нашу девочку, пока он смотрел на меня.
Сейдж ахнула, когда Фишер подошел к ней сбоку, его член коснулся ее талии. Он, должно быть, уже разделся сам.
«Ты хочешь, чтобы мы все касались тебя, милая?» — спросил Фишер, его голос был хриплым и полным похоти.
«Боги, да». Она заерзала в объятиях Кая. «Ты так хорошо чувствуешься, Кай», — сказала она, откинув голову ему на грудь.
«Хм, так?» — Фишер опустил руку между ее ног, и ее тело дернулось в ответ. «Такая мокрая маленькая штучка...» — пробормотал он, его рука двигалась с опытом.
«Она непослушная ведьма», — сказал я своим братьям. «Не так ли, малышка?» Ее голова металась из стороны в сторону, щипки за соски и пытка, которую Фишер устраивал между ее ног, явно заводили ее.
«Но ты тоже хранила секрет, не так ли?» — я скрестил руки и посмотрел на нее. Да. Мы скрывали от нее вещи. Но ее, блядь, изнасиловали, и она не сказала мне. Никому из нас. Мне это не нравилось, и я хотел убедиться, что она это знает.
«Н- но я думала...» — начала она, и я покачал головой.
«Никаких "но". Какой-то ублюдок прикоснулся к тому, что принадлежит мне. Что. Принадлежит. Нам. Он причинил тебе боль, и ты не доверилась нам достаточно, чтобы защитить тебя. Это больше не повторится», — заявил я тоном, не терпящим возражений. Кай и Фиш уловили мое настроение и внезапно отпустили ее, отступив.
«Что? Нет». Она посмотрела на них, а затем снова на меня широко раскрытыми глазами.
«Не волнуйся, маленькая ведьма. Ты получишь то, что тебе нужно. Но сначала ты извинишься перед каждым из нас. Своим ртом».
Мои парни встали рядом со мной, каждый из нас стоял в ряд, плечом к плечу. Лицо Сейдж залилось глубоким румянцем, когда она поняла, что я имел в виду.
«На колени, милая», — приказал Фишер, и я был шокирован доминированием в его голосе. Моей грязной ведьме это понравилось, и она встала перед ним, опустившись на колени плавным движением.
«Сделай меня мокрым. Я буду трахать тебя первым», — самодовольно сказал Фишер, бросив на нас взгляд, который говорил «попробуйте меня, я посмотрю». Меня это устраивало. Он умер, ради всего святого.
При первом погружении ее рта на его член он глубоко застонал. Его веки затрепетали, и челюсть сжалась, когда она обрабатывала его. Ее маленькие стоны удовольствия зажгли огонь в моих венах, и Фиш медленно покачивал бедрами, погружаясь глубже в ее рот с каждым контролируемым движением.
«Черт. Меня», — крякнул Кай, его рука крутилась вверх и вниз по его собственной длине, а глаза были прикованы к рту Сейдж.