«Когда мы были с Азраэлем, он много говорил о поиске скрытого потенциала внутри себя. Он хотел увидеть, на что я способен, поэтому я немного поколдовал на улице. Что-то случилось. Я даже не уверен, почему, но... я вроде как создал огненного дракона», — сказал нам Слоан, и мы все резко повернули головы, чтобы посмотреть на него в шоке.
«Кого?» — спросил Кай, приподнимая брови в почти комичной манере. Он был таким живым. Я решил прямо сейчас, что мне это в нем нравится.
«Он начал говорить о моем отце. Похоже, он знает его? Он немного рассказал об этом, но разозлил меня. Моя магия превратилась в этого огромного дракона. Это было самое странное дерьмо, которое я когда-либо видел».
«Ты мог контролировать этого дракона? Это была просто манифестация твоей магии или он был... настоящим?» — спросила Сейдж, выглядя заинтересованной, и мне это не очень понравилось — в основном потому, что мне очень хотелось его ударить ножом.
«Я был слишком шокирован, чтобы что-то пробовать», — признался Слоан.
«Кто-нибудь еще?» — спросил Кам.
«Ну, я теперь могу читать эмоции Сейдж. И Брама. Хол все еще загадка, так что я думаю, это потому, что мы теперь все связаны. И мы с Сейдж можем разговаривать в наших головах. И, очевидно, я могу общаться телепатически с другими, с некоторой помощью. Хотя, возможно, мне понадобилась дополнительная помощь просто потому, что вы были так далеко в то время», — сказал Фишер, выглядя задумчивым при мысли, что он мог бы общаться с нами таким образом.
«Фарис, ты меня слышишь?»
Мои глаза расширились. «Я слышал это. Святое дерьмо. Как в старые времена!»
«Попробуй со мной», — взволнованно сказал Кай, а затем через мгновение ахнул. «Это чертовски круто. Я завидую».
Затем Фишер обошел комнату, общаясь с каждым только с помощью разума. Мы поняли, что если кто-то толкал свои мысли к Фишу, он получал то, что он описывал как толчок, чтобы обратить внимание. Похоже, ему нужно было сосредоточиться, чтобы принимать мысли.
«Это действительно может пригодиться, в зависимости от того, в какие ситуации мы попадем в будущем», — зловеще сказал Брам, его акцент усиливал его сексуальность. Опасные ситуации в будущем не были тем, о чем я хотел думать, но он был прав. Должны быть последствия от Азраэля, не говоря уже об отце Брама. «Демоны не совсем разговаривают в головах друг друга, но мы можем мысленно призывать друг друга. Это как призыв. Не всегда нужно отвечать, но тот, кто зовет, может быть настойчивым. Затем мы просто прыгаем к тому месту, где находится другой демон», — объяснил он.
«Мне все еще странно, что ты Джонни», — признался Кай, его пальцы перебирали волосы Сейдж. Ее глаза закрылись, когда она откусила огромный кусок буррито, выглядя совершенно счастливой. Она была такой очаровательной.
«Я тот же человек, которого вы знали тогда. Моя внешность просто другая», — сказал Брам.
«Ладно, да, но это все равно странно», — согласился с Каем Фишер.
«Мне жаль, что это было секретом так долго. Я не мог предвидеть всего этого...» — он обвел рукой комнату.
«Значит, ты можешь менять свою внешность на любого? Как это работает?» — спросил Слоан, подаваясь вперед и опираясь локтями на колени.
«В основном, да. Существуют определенные заклинания и чары, которые могут помешать другому демону украсть вашу личность. В Безмете большинство демонов защищают себя от этой силы», — объяснил Брам, и я заметил, как он проводил пальцами по своей короткой бороде, когда говорил, по-видимому, не осознавая, что делает это. Мягкая ли она? Грубая? Каково это будет на моей коже? Готов поспорить, мне понравится.
«У меня есть сюрприз», — подал голос Кай. Сейдж повернулась у него на коленях, чтобы посмотреть на него. Он наклонился и поцеловал ее в губы, а затем откусил кусок ее буррито.
«О, это нарушение правил!» — закричала она, защищая буррито и стреляя в него взглядом.
«Ты любишь меня». Кай подмигнул и драматично облизнул губы.
«Расскажи нам сюрприз, К». Кам пересел.
«Ну, когда я был в замке, я обнаружил, что внезапно могу трансформироваться в других животных».
«Какого хера?» — ахнул Фишер.
«Святое дерьмо. Например, в кого?» — спросила Сейдж.
Кай пересадил Сейдж, чтобы встать, и подошел к камину. Всем нам было любопытно посмотреть, к чему это приведет.
«Наполеон!» — крикнул Кай.
«Кто, блядь, такой Наполеон?» — проворчал Слоан, и я захотел ударить его по соску. Писк раздался, и я проследил за ним откуда-то из стен, вместе с шарканьем маленьких ножек.
«Выходи, чувак. Тебя никто не тронет», — громко сказал Кай, как раз перед тем, как мышь вылетела из дымохода и взобралась по его руке на плечо.