— Ты же не думала, что этот жалкий маг сам додумался до такого сложного ритуала? — его голос сочился весельем и уверенностью в победе. — Этот неудачник был слишком ранен отказом любимой и ненавидел весь этот мир, а мне нужен был маг, который поможет мне вновь открыть портал.
Я не стала ждать, пока он закончит свой монолог, и, вопреки доводам разума, ударила его самым мощным заклинанием, которое успела изучить. Попала прямо в цель, однако нужного результата не добилась. В последний момент лорд Верму выставил щит, полностью отразив мою атаку. Он и вправду намного сильнее любого из нас.
— Тебя не учили, что перебивать взрослых невоспитанно? — он продолжал усмехаться. — Похоже, тебя нужно было прикончить еще там, в пещере. Но, к сожалению, ты мне нужна живой.
Его заявление никак меня не тронуло. Я продолжила свои атаки, вкладывая в них все силы, что у меня были. Боюсь, такими темпами я буду не в состоянии создать новый мир для темных. Знаю, глупо вот так попусту растрачивать свой резерв, тем более что мои жалкие удары не наносили никакого вреда противнику. Они были как комариные укусы. Неприятно, да. Однако серьезного вреда от них не получишь. Если, конечно, у тебя нет аллергии. У Верму никакой аллергии не было. Но в данный момент меня это мало волновало. Передо мной стоял тот, кто был виновен во всем, что произошло с моими родителями и другими невинными адептами. Это не снимало ответственности с магистра Олурума. Но тот уже поплатился за свои поступки. А вот лорд Верму жив и уверен в своей победе.
Злость и желание отомстить за смерть отца и всех, кто пострадал от его рук, поглотили меня. С каждым ударом я становилась всё злее и при этом слабее, а он продолжал отражать все мои атаки, ничуть не напрягаясь. Вскоре силы иссякли, и это была его полная и безоговорочная победа. Из-за перенапряжения ноги задрожали, и я упала на колени. Внутри осталась пустота и безразличие ко всему. Моя магия практически полностью покинула меня, оставив за собой дыру. Казалось, она забрала собой еще и мои эмоции.
— Как я уже говорил, ты глупее, чем мне показалась сначала, — он нагнулся и заговорил, глядя мне в глаза, — Мне осталось лишь забрать тебя и артефакт, который ты так удачно для нас активировала. И даже твои дружки, что продолжают ломиться через щит тебя не спасут, — он посмотрел поверх моей головы.
Упоминание о друзьях заставило чувства встрепенуться. Верму призвал тьму. Мне показалось, я слышала крик Ника, полный боли и отчаяния. Или не показалось? Кровь стучала в висках, и я в целом очень плохо воспринимала происходящее. Резкая боль в районе груди поглотила всё мое тело, выкачивая крохотные остатки энергии. Мир перед глазами поплыл. У меня не было сил на крик или попытки выставить блок от магического вмешательства. Похоже, это конец…
Я собрала остатки сил и медленно повернула голову. Хотела — последний раз — увидеть их. Всех. В голове промелькнула мысль, что умираю я там же, где и отец когда-то. Как иронично, не правда ли? Надеюсь, мама это переживет. Теперь она среди своих — может, это даст ей силы… Последнее, что я увидела, — треснувший щит и рванувших ко мне друзей. Но Ника среди них не было.
⋅•⋅⚜ Глава 16 ⚜⋅•⋅
Вместо покоя, который, как мне казалось, приходит после смерти, я ощутила лишь адскую боль. Каждая клеточка тела будто пылала изнутри, пульсируя огнём, кости ломались и срастались заново, как будто меня собирали в новом порядке, без моего согласия. Хотелось выть, кричать, но тело не слушалось. И я лишь беззвучно страдала.
На третий раз мне всё же удалось открыть глаза. И мир изменился. Каждый цвет, каждый отблеск света казался теперь намного ярче. Я видела, как дрожат листья на ветке за сотню шагов, как капля воды ползет по лепестку. Это было не восприятие вампира, как тогда, после эликсира Нотта. Нет. Это было… что-то другое. Древнее. Могущественнее.
Я попыталась подняться — и с трудом осознала, что тело стало совершенно другим. Воздух звенел от напряжения вокруг меня, земля дрожала под моей тяжестью. Я инстинктивно опустила взгляд — и едва не закричала. Вместо кожи мое тело покрывала темно-бордовая, практически черная, чешуя. Когти, хвост, крылья, которые росли из спины, ясно говорили: я стала драконом.
Рычание вырвалось из глубины моего нового тела, сотрясая не только меня, но и воздух вокруг. Услышала собственный голос — и не узнала его. Как это вообще возможно? Акриель говорил, что мои шансы превратиться в полноценного дракона ничтожны. Полукровке без духа-наставника, каким был он, невозможно пробудить звериную форму. Он уверял, что у меня нет достаточной концентрации крови.