***
Выйдя за пределы общего полигона, Крис уже привычно расправила плечи ― и едва подавила облегченный вздох, заметив, что стоит на дорожке одна. Остальные студенты уже успели разойтись ― возможно, они и желали бы задержаться, вот только в тепло им, кажется, хотелось еще больше. Неудивительно. Ледяные порывы ветра чувствовались даже за щитами полигона, что уж говорить о парке, где их сдерживали лишь деревья да стоящий недалеко корпус мужского общежития. Женское располагалось несколько дальше.
Крис снова запахнулась в плащ, невольно вспомнив, как совсем недавно воротника касались чьи-то сильные пальцы ― и тут же выругала себя за это воспоминание. Не время, не место и не…
В последнюю неделю она вообще слишком много думала о Леоне. Следовало ожидать ― получив разрешение, тот не отпускал ее от себя ни на шаг, провожал взглядом и ходил по пятам. Он бы, пожалуй, и ночевал бы в ее комнате, не будь это столь вопиющим нарушением всех писаных и неписаных правил. И не спи в той же комнате Лейси.
Впрочем, с Лейси, узнай она об этом, сталось бы притащить в комнату третью кровать и предложить себя в качестве дуэньи.
Крис вздохнула и ускорила шаг. Странно, но столь пристальное внимание со стороны ди Риоса ничуть не раздражало ― а ведь Кристина Ферро не без оснований считала себя довольно замкнутым человеком. Такое резкое вторжение в личное пространство должно было ее довольно сильно напрячь. Только вот общество ди Риоса, наоборот, оказалось на редкость приятным. Леон изо всех сил старался быть ненавязчивым, мягко шутил, разъяснял непонятные моменты в книгах и предлагал локоть на слишком крутых ступеньках. Он понравился даже ланне Пьюит!
Нет, Крис, конечно, волновалась ― но больше за самого Плетущего, который с каждым днем все глубже скатывался в паранойю. Удивительно даже, что отпустил ее, а не попросил дождаться там, на полигоне. Тем более, она сама предлагала. Или наставник мог коснуться его прошлого? О том, что произошло два года назад, Леон по-прежнему не желал даже заикаться.
Так или иначе, его постоянное сопровождение Крис переносила куда легче, чем даже надеялась. Это было приятным сюрпризом. А вот о сюрпризе втором она не знала, что и думать.
То, какое направление приняли ходящие по Академии слухи, стало для Кристины полной неожиданностью.
Наверное, главную роль здесь сыграли пресловутые букеты, которые по-прежнему доставляли каждое утро ― и которые она бестрепетно выбрасывала в ближайшую мусорную корзину. Почему-то все, вплоть до последнего первокурсника, были уверены, что лилии ей дарит именно Леон. Что именно послужило таким выводам, Крис не знала ― хотя, судя по улыбке Лейси, какие-то основания были. И подруга даже не отказалась бы этими основаниями поделиться.
Если бы Крис спросила. Но она не спрашивала.
Так или иначе, на третий день после того, как Леон огорошил ее своим невероятным предложением, Кристина проснулась и обнаружила, что вся Академия считает ее то ли жестокой моралисткой, то ли коварной соблазнительницей. А порой ― и тем, и другим одновременно. Как же иначе, если Леон ди Риос столь отчаянно добивается ее внимания ― а она каждый раз его отвергает? Сопровождает по Академии, дарит цветы, ходит в библиотеку… становится в пару. В итоге женская половина Академии либо мечтательно вздыхала “ах, как это романтично!”, либо плевалась ядом. Ни то, ни другое Кристину отнюдь не радовало.
Откровенно говоря, такой вариант был получше многих других. Но…
Крис боялась. Очень. Причем, как ни парадоксально, больше всего ― себя. Первый и единственный постоянный напарник и раньше вызывал у нее лишь положительные эмоции, а уж теперь, после недели в его обществе, она опасалась самым элементарным образом влюбиться. Тем более, что все вокруг, начиная от Лейси и заканчивая самим Леоном, словно нарочно подталкивали ее к этому. Леон был умным, внимательным, ненавязчивым и чутким. Он с искренним интересом слушал ее выкладки, подавал идеи для дипломной, тренировался до полуночи и провожал до дверей общежития. Единственным его недостатком была эта глупая таинственность ― и происхождение.
Пусть для любой другой богатый и знатный поклонник был пределом мечтаний, но Крис считала себя слишком здравомыслящей, чтобы верить в сказки. Дочь купца не пара наследнику герцога, даже если оба обладают благословением Первых. Любые иллюзии на этот счет принесут лишь разочарование и боль, а Кристина, как и любой человек, не любила, когда ей больно.
И слишком хорошо понимала, что не умеет влюбляться так, как Лейси ― с первого взгляда и на две недели. Если позволит себе мечтать, это будет слишком серьезно, а значит, ничем хорошим не закончится.
Так что лучше не думать о том дне неделю назад и о сильных пальцах, поправляющих воротник плаща. Во избежание.
Крис поплотнее запахнулась в тот самый плащ и ускорила шаг. Еще несколько шагов, и она вернется в уютную комнату, где будет слушать жалобы Лейси, пить травяной чай и не вспоминать о том, во что за этот месяц превратилась ее жизнь. Последнее казалось особенно привлекательным.
Впрочем, ее планам было суждено сбыться не сразу. Крис уже почти шагнула на порог своей с Лейси комнаты, когда ее окликнули.
― Ланна Ферро.
― Ланна ди Лоар? ― Кристина неторопливо развернулась и с легким удивлением посмотрела на Беату. Что она здесь делает?
― Мне хотелось бы поговорить с вами. ― а вот сама нежданная собеседница казалась совершенно спокойной и даже несколько высокомерной. Впрочем, это ни о чем не говорило ― староста и негласный лидер группы держалась так всегда. ― Вы не против?
― Ничуть. ― вежливо улыбнулась Крис. ― Но, наверное, здесь будет неудобно.
Правильное лицо Беаты чуть заметно дрогнуло ― похоже, предположение, что она может обсуждать что-то прямо посреди общежития, удовольствия ей не доставило. Но с собой она справилась мгновенно.
― Разумеется. Следуйте за мной.
И, развернувшись, двинулась вдоль коридора.