- Ты добрался вчера до своих ведомостей? Знаешь, что украли? - Иван кивнул, не отрываясь от кофе. - Среди этого всего были барабанные палочки?
Иван посмотрел на неё круглыми, полными нежелания поверить, что он это правда слышит, глазами, но кивнул:
- Были. Ты их где-то встретила?
- Да. У меня появился... - Света немного замялась, потому что до сих пор не понимала, как это всё, что у них с Женей происходит, называть. - Появился парень, наверно.
Иван одними губами повторил за ней: «Наверно». Если бы не важность разговора, он бы, конечно, в эту её оговорку вцепился и не отцепился бы, пока всё не расскажет. Но время было не то, повод был не тот, поэтому он просто кивнул и выжидающе посмотрел на Свету.
- Он барабанщик. И вчера я заметила у него эти палочки. Он их не крал, на улице нашел, у помойки. Ещё позавчера вечером нашел.
Света замолчала, давая Ивану сделать какие-то свои выводы.
- Он... уже? - скорбно спросил Иван.
- Уже, да. Он ими уже пользовался, они уже начали с ним срастаться. Слушай, Вань, а как вообще это всё будет работать без контракта-то? Раньше хотя бы понятно было, что надо делать, чтобы разорвать эту связь с предметом: отказаться от покупки, вернуть обратно деньги, и привет. А теперь как?
- Да если б я знал! - Иван схватился было за голову, но передумал, схватился обратно за кофе. - Я полагаю, что можно просто вернуть вещь в магазин, без денег. Официально отказаться. И этого может оказаться достаточно, раз сделка и не была скреплена деньгами. Но... это не точно, Свет. Я не знаю. Вообще не слышал о таких прецедентах. Пойду начальству писать, запрашивать инструкцию.
- Думаешь, они ответят.
- Надеюсь. Конечно, повозмущаются, почему я запрашиваю инструкции не как продать, а как обратно отобрать, но у меня хотя бы есть оправдание. Может, я хочу вернуть вещь, чтобы продать её по всем правилам, да?
- Может, - улыбнулась Света. - Хотя не думаю, что хоть что-нибудь в мире в это поверит. Но как отмазка — сойдет.
- Вот и отлично, тогда пойду этим и займусь, - получив конкретный план действий, Иван слегка приободрился. Он встал и уже отправился к выходу, когда Света спохватилась:
- Подожди, ещё два вопроса!
- Целых два?
- Ну вот так. Во-первых, сколько всё-таки было предметов? И какие?
- Четыре. Эти самые палочки, перьевая ручка, декоративный гребень для волос и зажим для бумаг.
- Зажим для бумаг, - завороженно повторила Света. - Господи, кто этим сейчас пользуется?
- Я бы тоже хотел узнать, кто им пользуется прямо сейчас, - пожал плечами Иван. - Но увы. Какой второй вопрос у тебя был?
- А, да. Второй вопрос такой: как я поняла с Жениных слов, эти палочки не такие уж дорогие — по сравнению с тем, что вообще в «Велении» лежит. Как они тогда там оказались?
- К ним легенда прилагалась. Что этими палочками играл то ли барабанщик «Металлики», то ли ещё кто-то очень легендарный, а потом на одном концерте бросил их в толпу, они иногда такое делают. И кто-то ушлый умудрился поймать одну палочку, найти того, кто поймал вторую, и выкупить у него вторую. А это, сама понимаешь, вещь коллекционная и большой ценности.
- Ого! И что, оно правда так и было?
- Вряд ли. Говорю же, это именно что легенда. Хотя вполне возможно, что если бы покупатель стал её как-то проверять, то нашел бы все доказательства. Я бы не удивился.
- Вот оно как... - протянула Света. - Пожалуй, Жене я об этом говорить не буду, а то ещё труднее будет его от палочек оторвать.
- Я бы на твоем месте не рассчитывал, что у тебя это вообще получится, Свет, - мягко сказал Иван. - Я действительно не знаю, как именно работает контракт с вещью, если она не была куплена в магазине, но что я точно знаю, так это что вещи очень хорошо выбирают себе хозяев. Они знают их слабые места и компенсируют их. Кто от такого в здравом уме откажется?
Света промолчала. Не ей спорить с Иваном, он, конечно, гораздо лучше неё знал всю эту кухню. Но про себя она надеялась, что не такой уж здравый у Жени ум, а значит, она своего уж как-нибудь добьется.
Господина ревизора Света ждала, как ворон крови. В своих мечтах она с порога давала ему по голове сковородкой, и только потом начинала светскую беседу на тему «что ж вы такое творите, Дмитрий Валерьевич, не сдурели ли вы, Дмитрий Валерьевич, чего вы добиваетесь, Дмитрий Валерьевич». Но в реальности, разумеется, ничего такого произойти не могло, хотя бы потому что у неё не было достаточно тяжелой сковородки, чтобы устрашить целого ревизора. А у него зато была ревизорская печать и рожденная этой печатью тьма.
Подумав о печати, Света вдруг подумала вот о чем: если это действительно Дмитрий Валерьевич украл вещи из магазина (она почти в этом не сомневалась, но чтобы не быть предвзятой, всё-таки добавляла это «если»), то не может ли такого быть, что и печать ревизора у него — краденая?