Он вошел в рабочий кабинет, снял с крючка у двери чистый передник и так, словно это было совершенно естественным занятием для Верховного судьи и кавалера ордена Абарута, достал из раковины еще не отмытый котелок. Я смутилась, будто меня упрекнули в неряшливости, и пробормотала:
— На дне немного пристало, я поставила откисать.
— Значит, уже можно мыть, — заключил лорд Адсид и, вооружившись щеткой на длинной ручке, в самом деле принялся мыть котелок.
Пару долгих мгновений я ошеломленно наблюдала за происходящим. Потом решила, что, возможно, чистка котла тоже входила в перечень необходимых для отдыха действий.
Я подготовила для нежданного помощника доску и нож, зажгла горелку.
— Давайте ваш котел, — велел сиятельный лорд, протянув в мою сторону мыльную руку.
Он улыбнулся, казалось, мое смущение его забавляло.
— Вы даже не спросили, какой рецепт нужно готовить, — заметила я, через минуту протянув полотенце лорду Адсиду.
— Разве это важно?
Его голос прозвучал обезоруживающе мягко, даже ласково. И снова встретившись взглядом с обаятельным мужчиной, я поняла, что он прав. С того момента, как он постучал в дверь кабинета, зелье стало второстепенным.
Я отрицательно покачала головой и в безуспешной попытке скрыть замешательство пролепетала:
— Это основа для краски для волос. Магистр Форож боится, что торговец не поставит ему вовремя короедов.
— Об этих страхах я знаю, — кивнул собеседник, подходя к столу. — Я решил сейчас не волновать магистра, но экспериментировать с короедами он больше не будет. Мне совсем не хочется, чтобы он сам или особенно ретивые студенты отравились ядом этих жуков или придумали способ делать из них боевые эликсиры вроде «Удушья».
Этого следовало ожидать. Должен же лорд Адсид наказать как-то и преподавателя, отличившегося чуть ли не преступной беспечностью. Ректор тем временем развязал тесемку на одном из мешочков, достал лист с рецептом:
— Мы выполним заказ, потому что имя университета не должно пострадать, — спокойно пояснил маг. — Университетским алхимикам не годится нарушать договор.
Долгое время тишину разбивало только мерное постукивание ножей. Постепенно молчание стало меня тяготить и, осторожно глянув на расположившегося напротив мага, я полюбопытствовала:
— А как вы наказали лорда Такенда?
Магистр глянул на меня исподлобья. Оценивающе, серьезно.
— За что именно, по вашему мнению, я должен был наказать его?
— За... — я замялась, не смея правильно назвать поступок юноши.
Ректор подбодрил меня жестом.
— За попытку убийства, — решилась я.
Лорд Адсид мрачно кивнул.
— Лорд Татторей пока настроен решать этот конфликт с лордом Йордалом, не называя вещи своими именами. За что лорд Йордал, надеющийся избежать удара по чести рода и ссоры с давними соратниками, ему признателен, — ровным тоном пояснил собеседник. — Пока все произошедшее считается неудачным экспериментом. Считается, что лорд Такенд на арене вошел в раж и переусердствовал.
— На земле университета, — веско добавила я. — Тут главы родов не могут решать сами! Есть ваше мнение. Есть совет попечителей, наконец!
— Верно, есть, — бесстрастно возразил лорд Адсид. — Все становится значительно сложней и интересней, если мы вспомним, что речь идет не о простых студентах. Речь идет о будущих главах древних и, я подчеркну это, союзных родов.
Он сбросил в котелок мелко нарезанный корень, взял ложку, несколько раз помешал зелье.
— Я слышала, у них сейчас напряженные отношения, — заметила я, тоже ссыпав с доски ингредиент в состав.
— И это верно, — откупорив пробирку с отблескивающей перламутром жидкостью, согласился сиятельный ректор. — Раз вы знаете о напряженности, возможно, назовете и ее причину?
Наш разговор все больше походил на обсуждение стратегической игры, в которой даже самые влиятельные эльфы становились безжизненными фигурами на поле. От этого становилось неприятно холодно, и я чуть позже сообразила, что придвинулась к горелке, пытаясь согреться.
— Мне говорили, леди Цамей обещали роду Йордал, но помолвка сорвалась, — вылив в котелок содержимое своей пробирки, я глянула на собеседника.
В резком свете кристаллических ламп, стоящих между нами, он казался грозным, суровым и способным на жестокость.
— Всегда поражался тому, как многие тайны благородных семейств перестают быть тайнами, стоит кому-то из отпрысков древних родов поступить в университет, — недобро усмехнулся лорд Адсид. — Может, ваши осведомители назвали и причину, по которой помолвка сорвалась?