— Хорошо, — покладисто согласилась я.
— До назначенного времени осталось всего два часа. Вам пора собираться, — заметил ректор. — Я зайду за вами через час. Больше времени на подготовку дать, к сожалению, не могу. Не хочется опаздывать.
Дорогие Читатели!
Спасибо всем огромное за поддержку и комментарии!
У меня сегодня день рождения, по этому поводу продолжение будет сегодня очень большим, но разбитым на главы для удобства чтения)
Глава 40
Приятное на ощупь платье еще хранило присущий лавке портных аромат белого цветка и лаванды. Запах мне нравился, шелковистая материя ласкала кожу, ниспадающие мягкими складками рукава свободно прикрывали локоть. В них руки казались хрупкими.
Я старалась думать только об ощущениях, о платье и прическе. Принуждала себя сосредоточиться лишь на расходе магии в тот момент, когда укладывала косы. С каким бы теплом я ни относилась к лорду Адсиду, его нельзя было пускать в мысли. Так же, как и принца Зуара, какой бы восторг у меня ни вызывали шальные мечты о том, что он выделил меня из всех, потому что я запала ему в душу.
Придирчиво оглядывая себя в зеркало, гнала из сознания образ красавца полудракона, стоящего рядом со мной. Воображение приписывало ему нецеломудренные взгляды, лестные, но несколько нескромные комплименты. Руки мерещащегося мне высочества то и дело оказывались на моей талии. Он прижимал меня к себе крепко, уверенно и, склоняясь к моему уху, шептал что-то ласковое. Все это вызывало смешанные чувства, откликалось то удовольствием, то раздражением, то злостью на лорда Адсида, то страхом перед лордом Фиредом.
К назначенному часу я была готова и нетерпеливо топталась под дверью, стараясь побороть крепнущую с каждым ударом сердца нервозность. Полная неразбериха в голове усиливала щемящую тоску, такую же безысходную, разрушающую, как всего пару часов назад.
В дверь постучали. Наученная горьким опытом, я открыла, лишь услышав голос лорда Адсида. Не говоря ни слова, не замечая ничего вокруг, даже толком не соображая, что делаю, схватила опекуна за руку.
Янтарный дар обнял меня спокойствием, медовое тепло окружило ласковой заботой. Моя магия ожила рядом с ним, напитывалась мощью, но и отдавала не меньше силы в обмен. Мир виделся чудесным, совершенным. Я сама казалась себе полноценной и счастливой в этом гармоничном единении даров. Мелькнула мысль, что, наверное, нечто похожее испытывают влюбленные, когда целуются. От сравнения стало неловко, почувствовала обжигающую волну румянца и впервые сама прервала связь.
Отступив на шаг, держась за ручку двери, чтобы не упасть, не осмеливалась поднять глаза на него. Шэнли Адсид, тяжело дыша, опирался одной рукой на косяк и молчал. Голова у меня кружилась, в ногах появилась слабость, но вместе с тем я никогда не чувствовала себя так хорошо!
— Это... Это была бы очень интересная научная работа, — выдохнул он, наконец.
Его осипший голос покорял веселостью, и я даже осмелилась посмотреть на мужчину. Тонкая сеточка морщинок у серых глаз, ласковый взгляд, лучащееся удовольствием красивое лицо, которое я не стеснялась рассматривать — мне казалось, опекун тоже любуется мной.
— Вы сейчас восстановили больше половины моего резерва, — добавил он, улыбаясь. — Уже давно не чувствовал в себе столько магии. Даже есть небольшой излишек. Ваш резерв, насколько понимаю, тоже полон?
— Да, — чуть слышно ответила я.
В спальне звякнули часы, отмечая ровный час. Шэнли Адсид бросил взгляд в комнату, немного посерьезнел:
— Нам нельзя опаздывать, госпожа Льяна. Аролингцы ждут.
Он провел меня незнакомыми коридорами на каретный двор, извинился, что не подает руку, помогая сесть в карету с гербом рода Адсид. «Причина вам известна», — с усмешкой заметил он. Я рассмеялась и забралась в тепло, устроилась на пухлом диванчике. Мне происходящее вообще казалось удивительно смешным, а тусклый весенний вечер — поразительно ярким. Сеньканье синичек, песенки дроздов, насыщенный свежим ароматом цветущего миндаля воздух, величественное здание университета, видное из окошка, — все было острей, живей, чем всегда.
— Вы перенасыщены магией, — сказал улыбчивый Шэнли Адсид, севший напротив меня. — У нас сейчас будет возможность с пользой потратить излишки. Но я уже о ней жалею. У вас прекрасная, очаровательная улыбка, и мне очень радостно видеть вас веселой.
Он говорил искренне, я чувствовала это, прислушиваясь к эмоциям опекуна. Поэтому лестные слова грели сердце и казались приятней многократно.