Воздушное кованое кружево ограды, отороченное по низу плотно посаженными шариками вечнозеленых кустов, впечатляло иллюзорной хрупкостью и многослойностью защитных заклинаний. Я ясно ощущала чары эльфов и безошибочно отличала их от куда более серьезных заслонов, которые под силу было сотворить только драконам. На их фоне пост королевских стражей, призванных охранять посольство чужеземцев, выглядел до смешного жалкой попыткой показать, что Кедвос контролирует ситуацию.
Карета въехала на землю посольства, а я вдруг испугалась, что драконьи заклятия могли нейтрализовать чары на перчатках. Но, когда я осторожно взяла лорда Адсида за руку, он ответил лишь пожатием и тихими словами ободрения.
Из кареты он вышел первым, вежливо подал мне руку и провел мимо раскланивающихся слуг по выложенному плиткой двору к зданию посольства. Рядом из карет выходили наблюдающие, знакомые мне по испытаниям, нарочито восторженно радовалась встрече с княжной леди Кенидия. Леди Сарэт и Цамей, сопровождаемые леди Сифгис, шли впереди и время от времени поглядывали на фасад здания.
Посмотреть было на что: чудесные фрески, искусно выполненные статуи, сдержанная лепнина, лишь подчеркивающая свое обрамляющее значение, привлекали взгляд. Еще я очень заинтересовалась чужеземными воинами, облаченными в необычные чешуйчатые доспехи. Помня слова лорда Адсида об исчезнувших драконидах, подумала, что рослые человеческие и эльфийские воины были бледным подобием ушедшего величия. Почему-то не удавалось избавиться от ощущения, что Владыка Талаас и другие драконы что-то утратили в этом мире. Нечто очень важное, что они хотели бы вернуть.
Слуги, а потом и аролингские эльфийские лорды, наблюдавшие за невестами на арене, приветствовали гостей и провожали в большой бальный зал с высокими стрельчатыми стеклянными дверями.
— В посольстве чудесный сад, — кивком указав на двери, пояснил лорд Адсид. — Молодой, как и наш союз с Аролингом, но красивый.
Я оглядывала собравшихся в зале, взгляд остановился на одетой в золотую парчу леди Сивине. Девушка, и в этот раз украсившая темно-рыжие волосы тиарой, с королевским спокойствием сносила щебетание увязавшейся за ней леди Кенидии.
Чуть поодаль от этой парочки стояли Тамона и Фейина, сумевшая в этот раз сдержать эмоции, хоть и привычно держала подругу за руку. Светловолосая красавица Тамона казалась совершенно уверенной в своей неотразимости и завтрашнем успехе. Это чувствовалось во взглядах, в том, как она по-хозяйски осматривала богатое убранство залы. Вообще-то ее самоуверенность, как и возникшее на пустом месте и всячески подчеркиваемое превосходство княжны, были смешны. Но меня раздражали, злили, будто эти девушки посягали на единственное, что мне дорого. На единственное, за что я готова была бороться.
— Госпожа Льяна, — тихий голос лорда Адсида вырвал меня из наваждения. — Я бы рад зачаровывать вас все время, но не могу делать этого на глазах у стольких высокопоставленных лиц.
Я вздрогнула, повернулась к нему, с трудом поборола желание взять его за руку и попросить увести меня отсюда. Зачем говорить о неосуществимом?
— Могу только догадываться, как трудно вам сейчас приходится, — серьезно продолжал опекун. — Но в ближайшие часы вам нужно будет бороться самостоятельно.
Кивнула, сделав глубокий вдох, изобразила улыбку и отвернулась. Слишком много тревоги видела во взгляде Шэнли Адсида, слишком много настороженности.
Снова оглядев зал, заметила нарядную Видящую, она беседовала с дядей княжны и аролингским эльфом. Но самих хозяев торжества я так нигде и не приметила. Ни принц, ни лорд Фиред гостями не занимались.
Когда в зале появилась и припозднившаяся Минира, кажущаяся из-за красного платья совершенно пунцовой от смущения, двери в сад распахнулись. Молодые плодовые деревья и причудливо подстриженные кусты освещались не кристаллами и лампами, а высокими воткнутыми в землю факелами. Подойдя ближе к дверям, я поняла, чем вызваны возгласы восхищения, — на предназначенной для летних приемов площадке гостей ждали два дракона.
Живое пламя отражалось от их чешуи, в этих бликах ящеры выглядели не просто опасными, но смертоносными. Белый дракон, тусклый и неизъяснимо уставший, казался больным. В большом гребне у затылка не хватало нескольких крупных чешуек, словно они выкрошились после ударов. Щитков на хвосте тоже недоставало, а щербатость шипов на самом кончике не скрывал даже явно наведенный блеск.