Удивляло другое. Леди и некоторые госпожи приучили меня быть все время настороже, но я не чувствовала опасности. Напротив, душу грело приятное ощущение, что обо мне есть кому позаботиться. Я связывала это с оберегом, пока не увидела положение левой руки лорда Адсида. Он держал щит. И защищал явно не себя.
Как толковать эту ошеломляющую заботу, не представляла совершенно. Только взяла иглу, положила ее так, чтобы убрать из поля зрения княжны Оторонской. Очень трудно управлять предметами, которые не видишь. Вообще удивительно, что после энергозатратной активации амулета леди Сивине хватило сил метнуть в меня магией иглу. Воистину, злость и ненависть порой творят чудеса.
— Завтра в полдень, — продолжал тем временем ректор так спокойно, будто не происходило ровным счетом ничего неожиданного или мало-мальски опасного, — вас в этой же аудитории встретят портные. Вы нуждаетесь в новой одежде для арены. Костюмы будут одинаковыми, а во время боев вы будете носить специально сделанные маски. Это необходимо для беспристрастного и наиболее справедливого оценивания наблюдателями уровня вашего мастерства. Вопросы?
— Лорд Адсид, я не вполне поняла, как будут происходить бои? — недоуменно хмурясь, спросила леди Цамей.
— Сражения будут попарными. На каждый из трех дней испытания запланировано по пять боев. В отборе сейчас принимают участие десять девушек. Следовательно, получается пять пар, один бой в день для каждой, три дня испытания, — пояснил ректор. — Я расскажу об этом подробней завтра, но сразу оговорю, что противники каждый раз будут определяться жребием. Еще вопросы?
Больше никто ничего спрашивать не стал, и лорд разрешил всем уходить. Очень вовремя. Меня еще ждала работа у магистра Форожа. Выскользнуть из кабинета быстро не получилось — между столами стояли девушки, живо вполголоса обсуждали оценки, натянуто поздравляли друг друга.
— Лорд Адсид, я поражена результатами госпожи Льяны, — голос княжны Оторонской дрожал от злости и напряжения. — Я хотела бы посмотреть ее работу.
— Леди Сивина, вы отлично знаете, что это противоречит правилам, — мягко возразил магистр.
— Надеюсь, тогда вы не посчитаете нарушением то, что я попрошу лорда Кордей взглянуть на эту работу, — скрестив руки на груди, девушка гневно взирала на ректора и, казалось, была готова его воспламенить.
Губы лорда Адсида облюбовала чуть снисходительная усмешка. Ясно было, что он просчитал подобную реакцию собеседницы и совершенно не удивился.
— Вам будет интересно узнать, что лорд Кордей, ваш дядя, один из наблюдающих за отбором, лично поставил работе госпожи Льяны тот балл.
Леди Сивина отпрянула, приоткрыв от удивления рот.
— Разумеется, он может взглянуть еще раз, — небрежно повел плечом мужчина. — Правда, на оценке это никак не отразится.
Разговор я дослушивать не стала, вышла в коридор и поспешила к алхимику.
Глава 7
Общение с магистром Форожем и в этот раз дало мне много пищи для размышления. Мы обсуждали мазь от ожогов, основу для которой готовили в тот вечер, совсем немного поговорили об отборе и результатах первого испытания. Коснулись и отравления Дрены, и противоядия, которым всю ночь занимался магистр.
— Девушка, на свою беду, была бы достойной соперницей некоторым. Как это ни прискорбно, яды все еще очень любимы кедвосцами в борьбе с неудобными, — хмуро подвел черту магистр Форож. — Одно облегчение. Его Величество все же позволил вновь активировать охранные чары на университете. Теперь пронести сюда яд будет невозможно.
— Почему этого не делали раньше? — удивилась я.
Магистр вздохнул, нахмурился.
— По многим причинам. Во-первых, чтобы активировать эти чары, нужно потратить много резерва и несколько часов на ритуал и, самое главное, взять из королевской сокровищницы пять крупных драгоценных камней. Полторы сотни лет назад эти аметисты принадлежали университету. Потом, уже не помню почему, их отдали королевской семье. На хранение вроде как. Только теперь Его Величество считает аметисты своей собственностью и не хотел без необходимости отдавать пять камней, каждый из которых размером с кулак!