Пламя свечей преломлялось в граненом пузырьке со светло-лиловой жидкостью. Тускло и дорого поблескивал многочисленными осколками радуги белый опал. Этот очень крупный, гладко обточенный овальный камень выглядел особенно эффектно на темной скатерти. Рядом с ним на плоской металлической чаше лежал нож с тонким лезвием и костяной ручкой — магия крови ждала свою жертву.
От этих мыслей стало не по себе, но отступать было некуда. Магистр учтиво помог мне сесть, приятный и дымный запах его духов вновь на несколько мгновений окутал меня и помог справиться с нарастающим волнением. Шэнли Адсид уже слишком много раз показывал, что оберегает меня не только на словах, но и делами. Сомневаться в нем и в предложенном им ритуале сейчас было даже странно.
Лорд устроился напротив, протянул мне листок с формулой и, дождавшись моего разрешения, начал.
Наши пальцы соприкоснулись, когда руки легли на опал, символ надежды и добрых намерений. Я смотрела на кольца лорда, не решаясь поднять глаза и встретиться с ним взглядом. Было неловко оттого, что ритуал требовал называть сиятельного ректора только по имени. Такая, пусть очень временная, перемена в отношениях казалась мне неправильной и неестественной. Но это ощущение ушло, стоило лорду Адсиду начать ритуал.
Глубокий голос полнился магической силой, отчего баритон ректора казался красивей, чем прежде. В формуле несколько раз повторялось мое имя, и каждое новое упоминание словно привязывало меня незримыми нитями к сидящему напротив мужчине. Неожиданно приятное ощущение.
Потом свою часть заклинания читала я и чувствовала, как моя магия тянется к лорду, будто молодые побеги к солнцу. «Шэнли» — мягкое, но энергичное имя пахло дымом и лавром. «Шэнли» — медовое тепло в груди и ощущение защищенности, уюта. «Шэнли»...
Я жалела, что первая часть ритуала закончилась. Не хотелось прерывать волшебную и удивительно гармоничную связь.
Он отодвинул опал, место камня заняла чаша, в руке решительного лорда блеснул нож. Тонкий и длинный разрез на пальце, кровь, падающая крупными каплями. Он читал заклинание, и каждую каплю оплетало золотое кружево чар.
Я не помню, как нож оказался в моей руке, не помню боли от пореза. Зато точно знаю, что с этой части ритуала перестала смотреть в листок с формулой. Правильные слова приходили сами. Они всплывали в памяти, их диктовала пролитая обоими кровь. Он каким-то непостижимым образом подсказывал мне нужные фразы. Я чувствовала себя важной и оберегаемой. Поразительное ощущение, которое мне тоже не хотелось терять.
Но этап завершился, настал черед эликсира. Пробка с глухим хлопком вынулась из бутылки, пахнущее сиренью и мятой зелье заполнило обе рюмочки до краев.
Заклинание мы читали одновременно, глядя друг другу в глаза, ни разу не ошибившись. Сердце билось в такт магическим формулам, а интонации и взгляды оживляли и делали настоящими те обещания, которые мы произносили. Я чувствовала его искренность, его желание и обязательство прийти на помощь сейчас и потом. Я старалась показать, как дорожу его расположением, как благодарна ему. Очень хотелось донести это до него так, чтобы он поверил, но при этом не оскверняя чувства словами.
Наша связь крепла с каждой фразой, с каждым ударом сердца. Когда мы выпили до дна неожиданно холодное зелье, она стала почти совершенной. Почти... Не хватало малости — взяться за руки и произнести завершающие формулы.
Над плоской чашей встретились наши левые ладони. Кровь из его пораненного пальца прочертила полосу на моей коже. В густом, вязком времени, разбитом на века тягучими ударами моего сердца, две капли крови, моя и его, одновременно упали в чашу.
Меня захлестнуло его даром. Сильная мужская магия ворвалась в меня через соединенные ладони. Сияющий словно солнечный янтарь дар впечатлял мощью и красотой, покорял теплотой и душевностью, чистотой, которую не передать словами.
Восторг... Радость и восхищение... Я в жизни своей не видела и не чувствовала ничего более прекрасного!
Я наслаждалась его даром и нашей связью, но еще сильней меня радовало осознание того, что он так же любуется моим даром, как и я его. Невыразимое удовольствие...
Ритуал требовал завершения, и нужные слова были сказаны. Взаимопроникновение даров пошло на убыль, сияние магии тускнело, постепенно приходила усталость. Все вокруг становилось туманным и будто пыльным, как всегда после завершения сложного заклинания.