Прошитый опросник и письменные принадлежности я от лорда Тассия получила последней, как и всегда. Леди Сивина уже подписала тетрадь и прочла вопрос на первой странице. С победным видом оглянулась, с усмешкой смерила меня взглядом. Хорошо, что она так уверена в своих знаниях. Может, увлечется ответами и забудет в который раз попытаться опрокинуть заклинанием мою чернильницу. Напрасные мечты. Стоило об этом подумать, чернильница приподнялась над столом. Я уверенно взяла ее и приклеила заклинанием к столешнице. К счастью, никто из аристократок не обладал даром достаточной силы, чтобы управлять самими чернилами. Жидкости вообще плохо поддаются магии.
Леди Сивина и ее подруги неустанно удивляли меня настойчивостью. Опрокинуть чернильницу им удалось лишь однажды. Это сразу стал и первый, и последний раз, но весь учебный год они пробовали снова и снова. Хотя допускаю, для них эти попытки стали традицией, а традиции нужно чтить.
Пересчитав листы, я не только написала свое имя на первом, но и указала число страниц. Хоть магистр Адсид и сказал, что в данном случае хотят избежать всяких несправедливостей и последующих жалоб, предосторожность еще никому не мешала.
Первый же вопрос объяснил триумфальное выражение лица леди Сивины. “Как правильно есть на посольском приеме медовую колючку и перечисленные ниже фрукты?”. Не будь я дочерью моих родителей, у меня действительно могли возникнуть трудности. Сомневаюсь, что подружки-аристократки хоть раз задумывались о том, что у бывшей рабыни тоже есть родословная. Узнай они, что я и по происхождению мало чем им уступаю, наверняка был бы скандал. Надо же, такой удар по самолюбию лучших невест благородного Кедвоса!
Заковыристых вопросов экзаменаторы придумали множество. Судя по тому, как взволнованно покусывали губы и крутили в руках перья девушки, большинство испытывало сложности. Это успокаивало — не только мне приходилось ломать голову и вспоминать тонкости нашего и иностранного этикета.
Полтора часа пролетели быстро, и первое напоминание о том, что отведенное время скоро истечет, усилило и без того возрастающее волнение. Напряжение в комнате ощущалось кожей. Поскрипывали перья, шуршала бумага, Дрена попыталась заглянуть в ответы сидящей перед ней аристократки. Магистр Тассий мгновенно возник рядом, полюбопытствовал, все ли в порядке. Дрена вспыхнула так, что покраснели даже уши, потупилась и остервенело ткнула пером в чернильницу. Преподаватель отошел от девушки и, недолго побродив между рядами столов, остановился у меня за спиной. Я чувствовала его взгляд на своем затылке, молчаливо бесилась из-за того, что магистр читал мои ответы, и догадывалась, мою работу он заберет первой. Как всегда.
— Десять минут до конца! — объявил магистр Тассий.
Я открыла последний вопрос, который меня неожиданно порадовал. На странице был изображен нож для разделки барадских угрей. Под картинкой с этим редко используемым алхимическим инструментом экзаменаторы интересовались, для каких фруктов подходит этот столовый прибор. Я едва успела дописать ответ, когда магистр Тассий, не изменив себе, забрал мою работу первой. Хорошо, что кроме него в университете был только один такой "непредвзятый" преподаватель.
Больше всего я хотела сбежать из аудитории, как можно меньше общаться с аристократками и их подпевалами. Но, как назло, магистр Тассий не разрешал уйти и явно чего-то ждал. Пару минут спустя причина стала ясна — в дверях появился лорд Адсид. Красавец-ректор обвел взглядом приветствующих его девушек и сообщил, что следующий экзамен будет через два дня.
— А когда нам объявят результаты сегодняшнего? — поинтересовалась леди Сивина.
— Завтра вечером, — благосклонный лорд улыбнулся собеседнице. — Сразу после того, как всем участницам раздадут амулеты защиты.
— О каких амулетах речь? — насторожилась леди Цамей.
— Владыка Талаас настаивает на том, чтобы девушки носили обереги, — пояснил ректор. — Небольшие кулоны с щитовыми чарами. Одним из заданий будет демонстрация того, как хорошо соискательницы владеют своим даром. Лучше всего этот уровень отражают атакующие заклинания. Кулоны призваны уменьшить вероятность возникновения досадных несчастных случаев и ранений.