Потом разговор зашел о музыке, немного коснулся живописи, но все же остался посвященным столице. Чай и пирожные создавали естественные перерывы, и беседа казалась непринужденной и приятной.
Настороженность и поиск подвоха ушли, уступили место убежденности в том, что подчеркнутым вниманием ко мне принц Зуар просто выказал уважение к моим успехам на арене. Если подумать, нужно ведь было как-то выделить девушку, набравшую больше всех баллов. Тем более после он никак особенно не привлекал ко мне внимания.
Улыбчивый принц явно наслаждался компанией, и нужно было признать, что такая общительность ему очень шла. Хотя в ней все же сохранялось что-то величественное, не дающее забыть статус собеседника. Правда, наследник аролингского престола в тот день меньше всего на свете интересовался политикой.
Поймав себя на том, что и сама много улыбаюсь, присмотрелась к другим девушкам. Он им нравился, как нравился и мне. Легкий в общении, очень светлый юноша постепенно проявлял себя в разговоре и не мог не завоевывать сердца. Странно, что такой переживал о взаимности.
Как и предупреждал лорд Адсид, на лестные слова принц Зуар не скупился. Казалось, он подмечал все. И наряды, и удачную шутку, и совпадение взглядов на какой-то счет. Он старался вовлекать в беседу всех, чтобы никто не чувствовал себя забытым.
Прощаясь, аролингский наследник подходил к каждой, с легким поклоном целовал руку и заверял, что получил удовольствие от знакомства и беседы. Вновь оказавшись последней, я сообразила, что определенный Видящей порядок, совпадал с очередностью свиданий. День перед встречей со мной Его Высочество проведет с леди Кенидией... Буду надеяться, что неизбежный контраст пойдет мне на пользу.
Вот так и пришла первая мысль о преимуществе, первая мысль о чем-то, способном помочь мне выиграть. Рассматривая благожелательное лицо принца, прощающегося с Фейиной, я подумала, что в самом деле хотела бы оказаться его избранницей. Невестой, а потом и женой молодого красавца. Открытого, спокойного, не надменного, не постеснявшегося поставить на место зарвавшихся леди.
Он оказался напротив меня, и хотелось думать, что теплота его взгляда искренняя. Его горячие ладони ласково обняли мою.
— Мне очень жаль, что между этой встречей и следующей пройдет так много дней, госпожа Льяна, — он говорил тише, чем с другими, доверительней.
— Не огорчайтесь, Ваше Высочество. До новой встречи лишь неделя. И можете быть уверены, что вам не дадут скучать, — чувствуя прикованные ко мне ревнивые взгляды других девушек, ответила я.
Он улыбнулся, поклонился, поднес к губам мою руку. Маслянистый базилик радовал свежестью, горький миндаль напоминал о необходимости расстаться. Но теперь, несмотря на горечь, настороживший меня запах казался очень приятным. Таким же, как и невесомый поцелуй, коснувшийся моих пальцев. Таким же, как и прохладный, будто горный ручей, искрящийся дар. Да, всего лишь семерка, но красивая семерка.
— Я буду ждать новой встречи, — пообещал принц Зуар, отступив на шаг.
Глядя в карие глаза, я понимала, что он не лукавит. Это открытие меня обрадовало до глубины души. Как все же приятно осознавать, что я и в самом деле понравилась ему.
Он простился со всеми, пожелал доброго дня, заверил, что будет с нетерпением ждать свиданий с каждой. Но обращенные мне слова были теплыми, а общие, продиктованные вежливостью фразы — официальными. Это бросалось в глаза не только мне, но и Видящей, вновь окинувшей меня долгим оценивающим взглядом.
Когда Его Высочество ушел, Видящая не захотела расстаться сразу. За еще одной чашечкой чая и недолгой светской беседой скрывалось желание понаблюдать за тремя девушками, явно расположившими к себе принца.
За леди Цамей, за Тамоной и за мной.
Глава 22
После несколько затянувшегося чаепития мне хватило времени только на то, чтобы быстро вернуться к себе и стремительно переодеться. До встречи с магистром Форожем оставалось всего полчаса, а он не терпел, если его помощница опаздывала.