Оба кивнули. Молча и одновременно. Переглянулись, торопливо пошли за носилками. В этот момент я поняла, что и у магистра Форожа, поощрявшего интерес студентов к рискованным экспериментам, и у тренеров будут большие неприятности. Вплоть до увольнения. Вряд ли лорд Адсид знал, что будущие главы древних родов устроят на арене смертельно опасные испытания непроверенных зелий. Он бы подобного не допустил. Поэтому и время для тренировки выбрали такое странное. Вечер субботы. Вечер, который лорд ректор проводил не в университете, а на королевском приеме.
С удовольствием представила лорда Адсида, распекающего сиятельных студентов за опрометчивое и откровенно глупое решение позабавиться с новыми эликсирами.
— Ректор им задаст... — прошептала Тамона.
— О да... мало не покажется, — мрачно согласилась я.
Рядом магистр Форож рукавом стер испарину со лба. Выглядел он плохо. Болезненно бледный, дыхание поверхностное, сбивчивое. Правой рукой он держался за левое плечо, морщился, будто от боли.
— Как вы? — наклонившись к преподавателю, тихо поинтересовалась я.
— Все хорошо, — пробормотал он, неотрывно глядя на арену.
Там наставники по боевой магии под руководством господина Иттира укладывали бесчувственного лорда Такенда на носилки.
Студенты постепенно оживали. Кто-то возмущался тем, что лорд Цорей атаковал из-под купола. Кто-то громко обвинял во всем самого лорда Такенда, забросавшего противника склянками.
— На одну был уговор! Не на три! Почему он не сдержал слово?! — запальчиво спорил с бойцом из команды Йордал белобрысый человек из команды Татторей.
— Это подло, просто подло! — вторила ему девушка из зрителей. — Слово лорда ничего больше не значит?!
— Если бы лорд Цорей допустил в защите малейшую брешь, то сейчас его несли бы в больничное крыло! — встрял приятель Падеуса. — И совсем не точно, что живым!
— Прекратить! — скомандовал один из наставников.
Из-за громкого окрика, усиленного магией голоса зазвенело в ушах.
— Прекратить нагнетать панику! — тут же вмешался второй. Маг, выбрав самых активных из спорщиков, велел им нести носилки и во всем слушаться лекаря.
Команда Йордал, подавленные и напуганные люди и эльфы, брели за носилками. Насколько мне было видно, высокий юноша, окутанный золотистым свечением целебного заклинания, все еще не пришел в себя. Господин Иттир хмурился, но несмотря на это казалось, что состояние молодого лорда не вызывает у него опасений. Это обнадеживало.
Наставники постепенно разогнали взволнованных студентов. Тамона, извинившись, ушла, торопливо спустилась по ступенькам и скрылась в проходе. Я думала, она подойдет к своему командиру, но девушка заговорила со старшекурсниками, которых уже подогнали к выходу наставники. Через пару минут на трибунах остались только магистр Форож и я, арена почти опустела.
Лорд Цорей, от которого тренеры по боевой магии показательно отворачивались, один за другим разрушал слои своего щита. Юноша выглядел виноватым, глаз ни на кого не поднимал и, по-моему, даже радовался тому, что наставники делали вид, будто его не существует. Я считала и попытки тренеров возложить всю вину за случившееся на лорда Цорея, и его самобичевания несправедливыми. Но вместе с тем признавала, что раскаяние знатного бойца, как и наличие у него совести, еще больше расположили меня к этому привлекательному эльфу.
Магистр Форож встал, тяжело оперся о спинку стоящего впереди кресла. Бледный и на глазах постаревший алхимик раздраженно отмахнулся от нового вопроса о самочувствии.
— Уж получше, чем бедный лорд Такенд, — бросил магистр и побрел к лестнице.
— Судя по тому, как он отреагировал, он не очень опытный боец, — рискуя вызвать гнев собеседника, ответила я.
— В бою, насколько знаю, он лорду Цорею уступает, — с неохотой и досадой подтвердил алхимик. — Потому так интересовался именно боевыми эликсирами.
— Чтобы уравнять шансы? — догадалась я.
Магистр кивнул:
— Да. И это тоже...
Он как-то нетвердо держался на ногах, цеплялся за перила и явно щадил левую руку. От помощи отказался резко, едва ли не грубо. Спустившись по недлинной лестнице, привалился к стене, и сказал, что ему нужно время перевести дух.
— Переволновался из-за этих оболтусов, — нехотя признал магистр Форож. — Сейчас все пройдет. Займемся с вами безопасной основой для краски. И ключевое слово здесь «безопасной».