— Льяна…
Собственное предположение, что эта же девушка собиралась его убить, показалось не просто глупым, а бредовым. Столько участия и тревоги было в ее взгляде, столько желания помочь.
— Конечно, — она улыбнулась. — Ты ожидал увидеть кого-то другого, Видмар?
— Я не ожидал, что вообще еще что-нибудь увижу в этой жизни, — честно признался он.
— Богиня была к тебе благосклонна, — вздохнула Льяна. — Другим не повезло.
— Ну да. Не повезло, — хмуро согласился наемник, а перед внутренним взором появилась яркая и незабываемая картина: хладнокровная Льяна убивает Мерлана. Друга, соратника, очень хорошего человека, которого Видмар знал больше десяти лет.
— Есть хочешь? — спросила эльфийка, нарушив короткое напряженное молчание.
Видмар скептически нахмурился:
— А есть что?
— Немного. Я нашла съедобные растения, — девушка протянула мужчине руки: — Давай помогу встать. Только не торопись, медленно, хорошо?
Οн осторожно сжал ее ладони и безрадостно усмехнулся.
— Не думал, что мы когда-нибудь поменяемся ролями.
— Я тоже свою жизнь иначе представляла, — пожала плечами девушка.
— И как же?
Он надеялся за разговором скрыть слабость. Но она накатила неумолимой волной, перед глазами все посерело. Льяна не дала упасть, проворно поддержала, позволила передохнуть.
— Я думала, что доучусь, найду хорошую работу, — поудобней перехватив руку, девушка замерла в вынужденных полуобъятиях. — Что мои родные будут жить в столице, избавятся от пограничной деревни.
— Хорошие цели, — похвалил человек. — А при чем тут Аролинг?
Она тяжело вздохнула:
— Вот и я все время задаюсь этим вопросом.
Тема ей не нравилась, это чувствовалось по тому, как поспешно Льяна отвлеклась на другое:
— Так, ты сидишь? Устойчиво? — она наклонилась, с беспокойством заглянула ему в лицо. — Ты очень бледный. Может, еще лекарства?
— Еще «лекарства»? — недоуменно нахмурившись, переспросил Видмар.
— Я тебе давала. Сладкое такое, — с воистину впечатляющей искренностью ответила Льяна.
Видмар долго смотрел на нее и безуспешно пытался разгадать, что же у этой странной эльфийки на уме. Он всем сердцем был убежден в том, что настолько правдоподобно играть благожелательность невозможно. Льяна переживала о нем. Οттого ещё более жуткой и пробирающей холодом до самого нутра становилась сцена убийства Мерлана. Видмар помнил лицо эльфийки, маску решительности и непреклонности, отсутствие других чувств. Этот образ и заставил его повернуть разговор так.
— Девочка…
— Льяна, — твердо поправила она.
— Льяна, — Видмар смиренно изменил обращение, — почему ты мне помогаешь?
Она изумленно хлопнула глазами:
— Прости, ответ настолько очевиден, что, кажется, я не понимаю вопроса.
Человек оперся руками о землю, чтобы мир качался потише, и уточнил, пытливо глядя на собеседницу.
— Объясняю. Ты знаешь мое отношение к заданию. Знаешь, какого мнения я о будущих поручениях. Знаешь, что мой отряд напал на твоих соотечественников и многих ранил, а кого-то, возможно, и убил. Я нe друг тебе. Почему ты мне помогаешь?
Она горько усмехнулась, но глаз не отвела и ответила с подкупающей честностью.
— Ты мне пока не враг. Ты наемник, выполняющий поручение. Я понимаю, что винить в своих горестях мне стоит не тебя, а заказчика. У меня нет причин ненавидеть тебя лично или желать тебе зла. Значит, нет причин не помогать.
Видмар недоверчиво нахмурился, промолчал. Льяна пожала плечами и спокойно, будто скепсис собеседника ее нисколько не задевал, предположила:
— Возможно, тебе будет проще принять в качестве объяснения пустыню. Ты не выживешь здесь один, я тоже.
Этот довод и в самом деле казался логичней и правдоподобней сострадания к похитившему незнакомцу, Видмар коротко кивнул и сухо согласился:
— Ты права. В пустыне очень сложно выжить в одиночку.
Молчание, напряженное, но недолгое, нарушила Льяна. Она оценивающе оглядела вцепившегося в землю мужчину и решила:
— Выпей, пожалуй, ещё лекарства.
Оглянувшись, она потянулась назад и достала из-за спины половинку пузатой тыковки аттурси. И когда только успела найти, разрезать и выскоблить? Видмар принял импровизированную чашку, скептически вскинул брови и принюхался к светло-зеленому содержимому. «Лекарство» эльфийки привлекательно пахло крыжовником и медом.