Пока Нальяс возился с ужином, лорд Старенс подготовил место для своего волшебства. На траве в круг встали двенадцать белых свечей, а в руках дракона появилась длинная шерстяная нить.
— Мне нужно заняться порталом, — с сочувствием глядя на мальчика, тихо сказал Нальясу лорд. — Укрепите, пожалуйста, защитные плетения. Портал может расшатать опоры некоторых заклинаний.
— Да, конечно. Вам много понадобится времени? Может, стоит уложить его спать? Одеяла у меня есть, — предложил эльф.
Дракон отрицательно покачал головой:
— Мне потребуется не больше часа. Лучше, если Мирад еще не будет спать. Я хочу, чтобы он сам шагнул к леди Диале. Мне может не хватить сил перенести ребенка на Реввисуон и тут же вернуться к вам. А создать артефакт-якорь для перехода сюда я не успел.
— Вы хотите вернуться? — удивился Нальяс.
— Я собираюсь остаться здесь, — поправил лорд Старенс. — Госпожа Заритта сказала, вам понадобится моя помощь.
— В чем? — недоуменно нахмурился молодой эльф.
— Она сказала, это будет связано с даром Пророка и потребует вмешательства трех черных драконов. Значит, это что-то очень серьезное. Не буду скромничать, черные драконы обладают самыми сильными и многогранными дарами. После сам-андрун, конечно.
— А у госпожи Заритты еще, судя по всему, и дар предвидения, — добавил Нальяс.
— У нее никогда не бывает видений, как у вас. Она в какой-то момент просто знает, что что-то случится, — пожал плечами лорд Старенс. — Но у нас еще будет время поговорить о Госпожах, а я пока займусь порталом.
Молодой страж кивнул и, краем глаза наблюдая за чарующим драконом, посвятил себя защитным плетениям. Мирад наелся, успокоился, по одной доставал из кожуры ягоды медовой колючки и не сводил взгляда с лорда Старенса. Поэтому встрепенулся, когда эльф сел рядом.
— Вы знаете мою… сестру? — тихо спросил мальчик, заглядывая в лицо взрослому. — В ваших воспоминаниях… Это ведь моя сестра была, да? Амаэль?
— Да, это ваша сестра, — подтвердил эльф. — Дочь тех же родителей, императора Ардира и императрицы Мадаис.
— Где она сейчас?
— У моих родителей. На Лиельсе. Я напишу вам, где именно, — пообещал Нальяс. — Если вы захотите, вы всегда сможете ее найти.
Мальчик задумчиво сдвинул брови, кивнул и, вытащив из кожуры ярко-оранжевую ягоду, долго ее рассматривал.
— Она тоже умеет так, как я. Читать воспоминания людей и вещей.
Эти слова прозвучали больше утвердительно, чем вопросительно, но страж на всякий случай кивнул.
— А почему больше никто не умеет? Даже тот, другой, скрытый под маской? Он сильный маг, — с сомнением протянул Мирад.
— Это редкий дар. Вам нужно будет научиться с ним работать.
— Как лорд Старенс? Он показал мне не то, что я думал увидеть, — настороженно подняв брови, уточнил мальчик.
— Потому что он умеет работать с этой магией, — пояснил Нальяс. — У меня в этой области знаний меньше, мне удалось лишь вытолкнуть вас из своих воспоминаний.
— Да… Это тоже ни у кого не получалось, — признал Мирад и снова стал разглядывать яркую ягоду на ладони. — Леди Диалу вы тоже знаете, да?
Эльф кивнул.
— Какая она?
— Хороший вопрос, — усмехнулся Нальяс. — Мне она всегда нравилась. Но вам придется составить свое мнение, а не полагаться на других. В таких случаях это лучший ответ.
Мирад вздохнул и снова посмотрел на лорда Старенса. Тот как раз замкнул круг, все свечи горели, а в центре потихоньку открывался портал. Не прошло и минуты, как довольно улыбающийся дракон поманил рукой мальчика. Нальяс последовал за принцем.
Через мерцающее окно была видна просторная гостиная с большим камином. Кристаллические лампы горели ярко. В их свете леди Диала, стоящая в двух шагах от портала, казалась воплощением идеала женской красоты. Она встретилась взглядом с мужем, ласково улыбнулась. Посмотрев на ребенка, поздоровалась:
— Здравствуй, Мирад.
— Здравствуйте, — прошелестел оробевший мальчик.
— Тебе нужно шагнуть ко мне. Больше ничего. Ты готов?
Мирад глянул на Нальяса, потом на лорда Старенса и, выдохнув «готов», шагнул в портал. Страж совсем не удивился, увидев, что и в этот раз принц первым делом схватил леди Диалу за руку. Прекрасная женщина недоуменно нахмурилась, но уже через мгновение ее лицо прояснилось, а Мирад растерял всю болезненную и отчаянную напряженность. Он несмело улыбнулся, шмыгнул носом.