Магистр выдохнул через плотно сомкнутые губы, пошевелил пальцами, чтобы сбросить напряжение и избавиться от характерного покалывания в ладонях. Воскресив в памяти образ сероглазой девушки, сидящей напротив за ужином, Шэнли Адсид в который раз сказал себе, что это не только прошлое, но и будущее. Эта мысль помогла сохранять спокойствие и держать под контролем разбушевавшийся дар.
— Я пойду первой, — в мелодичном голосе женщины слышались металлические нотки, оттого ещё более ласковым показалось ее движение, когда леди Диала погладила мужа по плечу. — Раздвину щитовые плетения так, что аролингские драконы не почувствуют нас раньше времени. Пожалуйста, устройте на ночь лошадей, защитите их. Здесь наверняка водятся хищники.
Лорд Адсид решил не спорить и вместе со своими воинами построил магический загон для животных. К его удивлению, Видмар вызвался помогать, объясняя решение тем, что всем нужно поберечь резервы перед боем. Поэтому будет справедливо, если каждый потратится только на пятую часть заклинаний. Такая мотивация магистру понравилась, как и вообще нежелание наемника оставаться в стороне.
Первый же уровень драконьей защиты удивил тем, что оказался куполом. Из-за этого создавалось впечатление, что лорд Фиред опасался вмешательства и наблюдения с воздуха. Проходя через укрепленную светящимися распорками прореху, магистр поинтересовался у лорда Старенса, всегда ли заслоны драконов таковы.
— Нет, — покачал головой собеседник. — Зато теперь мне любопытно, знает ли о делах своего сына и советника Владыка Талаас.
Имя бронзового дракона прозвучало с отторжением, но лорда Адсида это не удивило. Он помнил, что другие общины считали аролингцев отступниками, а вот мысль о внутреннем расколе в соседнем государстве была новой. Осторожный вопрос об этом дал неожиданный ответ.
— Мы с друзьями раньше немного присматривали за аролингской общиной, — признал черноволосый лорд. — Поэтому я знаю, что разлад есть. Так, лорд Фиред не делится с лордом Талаасом, которому клялся в верности, результатами исследований в области магии крови и кристаллов. Более того, он обманывает правителя, говоря, что успехов нет. Эльфийские маги радуют своего короля значительно чаще.
— Учитывая то, что изначальные драконы Аролинга бездетны и в скором времени умрут, не вижу особенного смысла в интригах лорда Фиреда, — признал лорд Адсид. — Ему некому передать влияние, богатства или знания.
— Вы правы, некому, — задумчиво кивнул лорд Старенс, наблюдая за тем, как леди Диала устанавливает последнюю распорку в куполе второго уровня.
— За этим барьером нельзя переговариваться, — предупредила вернувшаяся к спутникам драконица. — В защите есть заклинания, улавливающие речь.
ГЛАВА 43
Из-за снятия отсроченной усталости я большую часть дня проспала. Заблокированная веревками магия усиливала слабость, от голода и жажды кружилась голова, но просить этих драконов я не стала бы ни за что. Не хватало только унижаться! На один жест милосердия они сподобились сами — Зуар перенес меня в тень.
Вечерело. Со своего нового места я видела выложенную плиткой звезду, опоясанный цепями камень в центре, лорда Фиреда, заговаривающего камни, стоящие на вершинах лучей. Вдалеке выли сумеречные твари.
На другой стороне поляны леди Билния возилась с незнакомым зельем. От него по земле стелился пахнущий хвоей дымок. Драконица разлила готовый состав по двум плоским металлическим мисочкам и подошла ко мне. Поставив плошки по обеим сторонам от моей головы, видимо, мысленно произнесла какое-то заклинание. Потому что дымок послушными ей змеями оплел мои руки и тело.
Зуар подвел ко мне Χильми, помог ей опуститься рядом со мной на колени. Девушка, поблагодарив принца за помощь поцелуем, уверенно положила ладонь мне на грудь. Дымок от плошек оплел и драконицу, а когда на ее скулах заблестела медью чешуя, Хильми встретилась со мной взглядом.
Οна делилась воспоминаниями, чтобы мой дар узнал историю своей будущей хозяйки. Даже зная мотивы Хильми, чувствуя ее хищнический настрой, я не могла высвободиться из навязанного мне транса.
Я видела огромный котел, заполненный расплавленным золотом, видела леди Билнию и лорда Фиреда в драконьих обличьях. Они денно и нощно поочередно поддерживали нужную температуру металла, чтобы там могло развиваться яйцо. Я видела рождение болезненной медной драконицы с голубыми глазами, вместе с ней делала первые шаги и радовалась пробуждению магического дара. Потом пришло осознание того, что дар ничтожно слаб. Я ощущала ее страх и беспомощность, горе ее родителей, осознавших, что Хильми не доживет и до ста лет.