— Защиту источника не пробить снаружи, — прошептал склонившийся к магистру лорд Старенс. — Нужно вначале убрать усиление от огня факелов, потом сделанную через камни привязку к силе земли, а потом выбить из круга Зуара и леди Билнию.
— Тогда за дело! — твердо ответил лорд Адсид.
Факелы гасли один за другим, погрузившиеся в транс маги до поры не замечали ничего вокруг, как и лорд Фиред, частично принявший драконий облик. Советник склонился над Льяной, а Шэнли Адсид с ужасом понял, что не чувствует отклика безвольно лежащей девушки. Подавляя паническую мысль об опоздании, эльф старался разрушить привязку к силе земли и прислушивался к ускорившемуся речитативу.
В руках белого дракона появился клинок. Больше ждать Шэнли не мог — удар по барьеру. Εще один и еще! Принц и женщина сбились с ритма, защита источника истончилась.
Новый удар — белая молния вышибла нож из рук лорда Фиреда.
Крик боли и ярости — и без того уже непохожий на человека белый дракон полностью сменил ипостась. Весь его гнев, все пламя были направлены на Шэнли. Скрежет когтей по плитке, поток огня, от которого эльф едва успел закрыться. Щит плавился по краям, вонял паленой костью так, что нечем было дышать. Магистр вливал силы в защиту и понимал, что без подарка черных драконов уже превратился бы в пепел.
Улучив момент, он спрятался за камнем. Переводя дух, понимал, что растратил на один лишь заслон почти треть резерва. Справа и слева шел бой, мелькали заклинания, трещали горящие деревья.
— Не думал, что вы будете такой занозой, лорд Адсид, — прошипел лорд Фиред. Его голос полнился злобой и становился ближе с каждым ударом сердца. — Знал бы, избавился бы от вас еще в Кедвосе!
Новый поток огня пришел сверху, но магистр был готов к такому повороту и вовремя закрылся. Купол, небольшой, но прочный, проседал под напором пламени, прижимал эльфа к земле. Силы уходили, словно вода в песок, в ход пошел первый восстанавливающий кристалл. Вдруг давление пропало, гул сменился хлопанием больших крыльев — лорд Старенс в драконьем облике атаковал лорда Фиреда.
Пользуясь возможностью, Шэнли бросился к Льяне. «Ледяной резец» просвистел в шаге от магистра, отразился от большого камня и чуть не попал в девушку. Шэнли едва успел поймать заклятие. Оно с пронзительным скрежетом впилось в щит, но девушка будто не слышала.
Повторяя про себя, что опоздать он не мог, Шэнли на ходу подпитался за счет щита и сверхопасного. Льяна пошевелилась, в лунном свете стало ясно, что у нее связаны руки. Упав перед ней на колени, эльф позвал девушку по имени, но она не отреагировала. Взгляд у нее был осоловелый, как после долгого и изнурительного транса.
— Все будет хорошо, — пообещал он, ласковым движением убрав черные пряди с ее лба.
Магистр хотел поднять девушку, унести из опасного места, но Льяна перехватила его руку. В тот же миг Шэнли почувствовал удар пламени в появившийся за его спиной щит.
Лорд оглянулся и увидел беснующуюся за бирюзовым и янтарным охранным куполом драконицу. Ту самую, что прежде была прикована к скале. Купол, будто оплетенный золотым плющом, выдерживал и поток пламени, и удары, и шальные заклинания. Даже казалось, атаки усиливают его.
Шэнли повернулся к Льяне, встретился с ней взглядом, и взаимное зачарование стало совершенным.
Лунная ночь заполнилась запахом нарциссов и весенней свежестью, на сердце было легко, отступали тревоги. Усталость уходила, сменяясь уверенностью в том, что больше никто и никогда не встанет между ними. Связь придавала девушке сил, она даже встала с помощью мужчины.
Шэнли чувствовал, как его дар тянется к магии Льяны, как сплетается с ней. Дар девушки откликался сияющим счастьем и лаской. Непостижимый восторг, по которому Шэнли истосковался за прошедшие дни.
— Я люблю тебя, — слова сорвались с губ сами одновременно с ее признанием.
Льяна улыбнулась, Шэнли привлек ее к себе и поцеловал. Она ответила робко, неумело, но это лишь добавляло поцелую особенное очарование.
Ласковый янтарный дар охватывал теплом и уютом, дымный лавр стал моим дыханием. Сплетенные дары пульсировали в унисон, будто одно сердцебиение на двоих. Его признание пьянило, кружило голову и делало все остальное совершенно неважным. Мы целовались, а он одновременно исхитрился распутать веревки на моих запястьях. Моя прежде заблокированная магия расправила крылья, стала полнокровной. Я обняла моего Шэнли, и долгий транс взаимного зачарования стал нам обоим наградой за многие дни разлуки.